Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Вильям X. Ходжсон Пираты-призраки
 
- Слушай, я пробыл там минут десять или чуть больше, на душе было му-
торно из-за Вильямса, хотелось забыть обо всем и успокоиться и вдруг,
посмотрев случайно на подветренный борт, я увидел, как это перелезает
через поручни. Мой бог! Я не знал, что делать. Второй помощник стоял да-
леко впереди, я был один. Я буквально застыл от ужаса. Когда оно стало
приближаться ко мне, я бросил штурвал, закричал и бросился ко второму
помощнику. Он схватил меня и начал трясти, требуя объяснений, но я так
перепугался, что не мог произнести ни слова. Все, что я делал, это пока-
зывал рукой в ту сторону. Второй помощник несколько раз переспросил:
"Где?" И вдруг я понял, что больше ничего не вижу, - оно исчезло. Не
знаю, увидел его второй помощник или нет. Боюсь, что нет. Он только при-
казал, чтобы я возвращался немедленно к штурвалу и перестал дергаться;
он страшно ругался. Я заявил ему, что не пойду туда ни за что. Вот после
этого он и засвистел в свисток и закричал, чтобы кто-нибудь пришел к
штурвалу. Остальное ты знаешь.
- А может быть, просто твои мысли были настолько заняты Вильямсом,
что под впечатлением этого тебе показалось, будто ты чего-то действи-
тельно видишь" - сказал я скорее для того, чтобы выиграть несколько се-
кунд на размышления, поскольку я ничуть не сомневался в правдивости Там-
ми.
- Я думал, что ты наконец-то перестанешь кривляться! - сказал он с
горечью. - Хорошо, что ты думаешь по поводу того парня, которого увидел
второй помощник? Как насчет Тома? Как насчет Вильямса? Ради всех святых!
- не надо отталкивать меня, как ты это сделал в прошлый раз Я чуть не
свихнулся, - мне тогда так нужно было поделиться с кем-нибудь своими
мыслями: с человеком, который выслушает и не станет смеяться. Можно вы-
нести что угодно, но остаться одному - очень страшно. Будь другом, не
прикидывайся, что ничего не понимаешь. Скажи мне, что это все означает?
Кто этот ужасный человек, которого я видел уже дважды? Я уверен: ты зна-
ешь, кто это, но боишься рассказывать остальным из-за страха, что над
тобой будут смеяться. Почему ты не расскажешь мне? Я прошу тебя.
Он вдруг замолчал. Я не спешил с ответом.
- Не надо обращаться со мной, как с ребенком! - обиженно воскликнул
он.
- Не буду, - пообещал я, вдруг решившись все ему рассказать. - Мне
тоже нужно с кем-нибудь поделиться.
- Что же все это означает? - вырвалось у него. - Неужели это настоя-
щие привидения? Я всегда думал, что они существуют только в сказках.
- Я не уверен, что смогу что-нибудь объяснить тебе, Тамми, - ответил
я. - Я так же растерян, как и ты. И я не знаю, действительно ли они су-
ществуют. Ты еще не знаешь, но за несколько дней до того, как ты увидел
здесь на корме какую-то странную фигуру, я видел точно такую же на глав-
ной палубе.
- А эту ты разве не видел? - быстро спросил он.
- Видел, - ответил я.
- Тогда почему ты сделал вид, что ничего не видел? - укоризненно ска-
зал он. - Ты не представляешь себе, в какое положение ты меня поставил;
я-то был совершенно уверен, что видел его, но ты упрямо твердил, что там
никого и ничего не было. В какой-то момент мне даже показалось, что я
схожу с ума, - пока второй помощник не заметил того парня, влезшего на
грот-мачту. Тогда я понял, что здесь не все так просто.
Я объяснил:
- Я решил, что скажу тебе, будто ничего не видел, и ты, может быть,
подумаешь, что ошибся. Я хотел, чтобы ты стал думать, будто тебе все по-
мерещилось, или что-то в этом роде.
Он спросил:
- И все это время ты знал о том первом случае?
- Да, - ответил я.
- Ты просто ошарашил меня, - сказал он. - Однако скрыть тебе все рав-
но ничего не удалось.
Он помолчал и через секунду продолжил:
- А случай с Вильямсом? Как ты думаешь, он чтонибудь увидел там, на-
верху?
- Не знаю, Тамми, - сказал я. - Нам остается только гадать. Возможно,
это был всего лишь несчастный случай. - Я не решался сказать ему, что на
самом деле думаю по этому поводу.
- Что он говорил там насчет денег? К кому он обращался?
- Не знаю, - снова сказал я. - У него был пунктик: подзаработать на
этом корабле как можно больше. Ты знаешь, он с этой целью и остался,
когда вся остальная команда списалась. Он говорил, что уж его-то никакой
силой отсюда не выживешь.
- А почему остальные парни ушли с корабля? - спросил он. Затем, дога-
давшись, он воскликнул: - Святые угодники! Наверно, им тоже разное виде-
лось, они и перепугались. Вполне возможно. Ведь из нашей команды все на-
нялись во Фриско. На том рейсе у них не было практикантов. Наш корабль
продали, поэтому нас послали на эту посудину, чтобы мы возвращались до-
мой.
- Должно быть, так оно и было, - сказал я. - И в самом деле, исходя
из рассказанного Вильямсом, я сделал вывод, что кто-кто, а уж он-то точ-
но догадывался или знал наверняка намного больше, чем мы себе представ-
ляем.
- Но теперь он мертв, - сказал Тамми, помрачнев. - И нам уже не спро-
сить его.
Он хранил молчание несколько секунд. Затем он переключился на другую
тему.
- А когда вахта старпома, у них что-нибудь случается?
- Случается, - ответил я. - За последнее время было несколько стран-
ных случаев. Кое-кто из его вахты упоминал об этом. Но с его тупыми моз-
гами разве заметишь что-нибудь. Он только чертыхается на парней и списы-
вает все на их счет.
- И все-таки в основном все происходит именно в нашу вахту, а не у
них, - продолжал настаивать Тамми. - Серьезные происшествия, имеется в
виду. Возьми сегодняшний случай.
- У нас нет доказательств, - сказал я.
Он покачал головой с сомнением:
- Мне теперь всегда будет страшно лазить на реи.
- Ерунда! - сказал я. - Может, это был все-таки несчастный случай.
- Брось! - сказал он. Кого ты хочешь обмануть? Себя?
Возражений у меня не нашлось, поскольку я прекрасно знал, что Тамми
прав. Мы молчали пару секунд. Затем он снова заговорил:
- На корабле привидения?
Я ответил не сразу:
- Нет, не думаю. Здесь нечто другое.
- Другое? Что именно?
- Знаешь, у меня тут родилась теория, и в какой-то момент она кажется
очень логичной, но в другой момент выглядит сумасшедшим бредом. Конечно,
в ней, возможно, совсем отсутствует здравый смысл, но мне кажется, что
только таким способом хоть как-то объясняется вся эта чертовщина.
- Рассказывай, рассказывай! - попросил он, нервно дернув головой.
- Понимаешь, у меня возникло предположение, что на корабле нет ничего
такого, что само по себе могло бы повредить нам. Даже не знаю, как это
выразить, но если я прав в своих рассуждениях, причина неприятностей -
сам корабль.
- Что ты имеешь в виду? - спросил он озадаченно. - Ты все-таки хочешь
сказать, что на корабле водятся привидения?
- Нет! - ответил я. - Я только что говорил тебе: привидений нет. По-
дожди, дослушай до конца.
- Хорошо, - согласился он.
- Вернемся к той фигуре, которую ты увидел сегодня, - продолжал я. -
Ты утверждаешь, она появилась на юте, перебравшись через поручни подвет-
ренного борта.
- Да, - сказал он.
- Вот, а то, что видел я, вышло из моря и вернулось в море.
- Господин - воскликнул он. - Рассказывай дальше!
- Моя мысль состоит в том, что наш корабль не защищен от проникнове-
ния на борт всяких таких тварей, - начал объяснять я. - Конечно, я не
знаю их происхождения. Они похожи на людей - во многом. Но... только Бог
знает, какие существа водятся в море. У меня нет ни малейшей увереннос-
ти, состоят ли они из плоти и крови, или же они относятся к тому, что мы
называем призраками и духами.
- Они не могут быть из плоти и крови, - прервал меня Тамми. - Где бы
они тогда жили? Кроме того, тот первый, которого а видел, - как мне ка-
жется, он просвечивал насквозь. И этот сегодняшний - иначе второй помощ-
ник увидел бы его. И они бы утонули...
- Необязательно, - сказал я.
- Но я уверен, это не живые существа, - настаивал он. - Невозможно...
- Призраки - тоже дело невозможное, если подумать об этом разумно, -
сказал я. - Я не утверждаю, что они из плоти, и крови, хотя я и не бе-
русь утверждать с ходу, что они - призраки; по крайней мере, у меня еще
нет полной уверенности.
- Откуда они приходят? - задают он довольно глупый вопрос.
- Из моря, - ответил я. - Ты же видел собственными глазами!
- Тогда почему они не появляются на других кораблях? - спросил он. -
Как ты объяснишь это?
- Как-то объясню, хотя иногда это объяснение кажется мне бредом...
Думаю, можно следовать моей теории, - сказал я.
- Как же? - снова спросил он.
- Видишь ли, я считаю, что этот корабль незащищен, как я уже тебе го-
ворил; он открыт, беззащитен или назови это как угодно. Я бы сказал так:
вполне разумно предполагать, что все предметы материального мира отделе-
ны, если так выразиться, от нематериальных. Но в каких-то случаях грани-
ца между ними нарушена. - Возможно, в нашем случае мы столкнулись именно
с этим. И если это так, то корабль беззащитен перед нападением существ,
принадлежащих к иной форме существования.
- А почему он стал таким? - спросил Тамми, охваченный поистине мисти-
ческим ужасом.
- Только господу богу ведомо это! - ответил я. - Может, это связано с
магнитными силами, но в этом тебе будет не разобраться, да и мне, честно
говоря, тоже. К тому же внутренне я почему-то убежден, что с магнетизмом
это никак не связано. Мне трудно поверить в подобное. Однако я ни в чем
до конца не уверен.
- Если они нематериальны, значит, это духи? - упорствовал Тамми.
- Не знаю, - ответил я. Очень трудно утверждать что-либо, когда у те-
бя нет уверенности. Знаешь, разумом я успокаиваю себя, но вот мое нутро
не соглашается с ним.
- Ну, дальше! - попросил он.
- А дальше предположим, что земля населена представителями двух форм
существования или жизни, как тебе больше нравится. Мы - одна форма, они
- другая.
- Ну, дальше, дальше!
- А дальше: разве не понятно, что в нормальном состоянии мы, по-види-
мому, не способны распознать реальность того, другого мира. Но они, воз-
можно, так же реальны и материальны, с их точки зрения, как и мы по от-
ношению к себе. Ты меня понимаешь?
- Да, - сказал он. - Продолжай!
- Итак, - продолжил я, - земля, возможно, так же реальна для них, как
и для нас. Я хочу сказать, что она, возможно, имеет качества, которые
настолько же материальны для них, как они материальны для нас. Но ни мы,
ни они не могут осознавать реальность друг друга или степень той земной
реальности, которая реальна для противоположной стороны. Это трудно
объяснить. Ты меня понимаешь?
- Да, - сказал он. - Продолжай!
- Итак, пока мы находимся в здоровой, так сказать, атмосфере, не в
наших силах видеть их, чувствовать или как-то вообще воспринимать иную
реальность. Им, скоро всего, это тоже недоступно, но чем сильнее мы вов-
лекаемся во все это, тем реальнее и осязаемее они становятся для нас.
Понял?
- Тогда получается, что ты действительно считаешь их призраками или
чем-то в этом роде? - спросил Тамми.
- Да, - согласился я. - В любом случае я не считаю их существами из
плоти и крови в том смысле, как мы это понимаем. А вообще, я могу в кор-
не ошибаться.
- Мне кажется, ты должен обо всем этом рассказать второму помощнику,
- сказал Тамми. - Если все в действительности так, как ты говоришь, нам
следует незамедлительно направиться в ближайший порт и там сжечь этот
чертов корабль.
- Второй помощник не сможет ничего сделать, - возразил я, - даже если
поверит моему рассказу, в чем я очень сомневаюсь.
- Возможно, ты и прав, - сказал Тамми. - Но если бы тебе все-таки
удалось убедить его, то тогда, возможно, он смог бы объяснить сложившую-
ся ситуацию капитану, и в общем-то еще можно было бы что-то предпринять.
В противном случае это может плохо кончиться.
- Капитан снова поднимет его насмех, - сказал я, не питая особых на-
дежд.
- Не поднимет, - возразил Тамми. - После всего, что случилось сегодня
ночью...
- Как знать, - ответил я с сомнением. И в этот момент на ют вернулся
второй помощник. Тамми быстро ретировался, оставив меня с тревожным ощу-
щением надвигающейся опасности.

ГЛАВА 7
НАС НАКРЫВАЕТ ТУМАНОМ - И ЧТО ЗА ЭТИМ СЛЕДУЕТ.

Мы похоронили Вильямса в полдень. Бедняга! Такая нелепая и неожидан-
ная смерть. Весь день матросы пребывали в мрачном, подавленном настрое-
нии и вели нескончаемые разговоры о том, что среди нас есть Иона, из-за
которого все несчастья. Если б только они знали истинную причину этого
кошмара!
А затем нас ждала еще одна неприятность - туман. Сейчас я не могу
точно припомнить, когда мы впервые увидели его - в тот день, когда хоро-
нили Вильямса, или на следующий.
Туман появился в середине дня, и я, подобно другим, поначалу принял
его за испарения над водой, огромное облако - вода под жаркими лучами
солнца обильно испарялась.
Ветер стих; я был вместе с Пламмером на грот-мачте, мы занимались ре-
монтом такелажа.
- Начинает припекать, - подал голос Пламмер.
- Да, - сказал я.
Вскоре он заговорил снова.
- Смотри, какая дымка над морем! - По его голосу чувствовалось, что
он удивлен.
Я быстро поднял глаза и сначала ничего не увидел. Затем я понял, что
он имеет в виду. Воздух вокруг нас дрожал, выглядел странным, неестест-
венным; такую картину можно наблюдать над паровозом, когда из его трубы
поднимается струя нагретого воздуха.
- Должно быть, это из-за жары, - сказал я. - Правда, не могу припом-
нить, чтобы когда-нибудь видел такое марево.
- И я не припоминаю, - поддержал Пламмер.
Прошло не более минуты, когда я, снова оторвавшись от работы, поднял
голову. Я был буквально поражен, обнаружив, что весь корабль окутан тон-
кой, полностью скрывавшей горизонт, пеленой тумана.
- О Боже! - воскликнул я. - Пламмер, посмотри!
- Да, - согласился он, оглядываясь по сторонам. - Никогда не видел
ничего подобного, особенно на этих широтах.
- Дело тут явно не в жаре! - сказал я.
- Да, пожалуй, - промолвил он с сомнением.
Мы вернулись снова к своей работе, перебрасываясь время от времени
случайными фразами. В какой-то момент я свесился с вант и попросил его
передать мне наверх шило. Он наклонился и подобрал его с палубы, куда
оно упало. Когда он протягивал его мне, я увидел, как спокойное выраже-
ние на его лице сменилось вдруг полной растерянностью. Он разинул рот.
- Черт возьми! - сказал Пламмер. - А дымка-то исчезла.
Я быстро обернулся, посмотрел: и действительно, море вокруг корабля
сверкало на солнце, было чистым до самого горизонта.
Я уставился на Пламмера, он уставился на меня.
- Разрази меня гром! - воскликнул он.
Мной внезапно овладело странное ощущение, что происходит нечто нелад-
ное. Но через минуту я уже обозвал себя орлом, хотя мне и не удалось
полностью избавиться то этого ощущения. Я еще раз посмотрел внимательно
на море. У меня возникла смутная тревога: что-то изменилось вокруг. По-
верхность моря как-то сильнее слепила глаза, воздух был прозрачнее, как
мне показалось, и при всем этом чего-то еще явно недоставало. И только
по прошествии нескольких дней я узнал, что с горизонта исчезло несколько
кораблей, которые хорошо просматривались до того, как опустился туман, а
после него бесследно канули, точно растворились.
До конца нашей вахты не наблюдалось никаких признаков чего-либо нео-
бычного. Только ближе к вечеру (где-то после шести часов) я заметил, как
над водой вновь поднимается легкая дымка: солнце, уходя за горизонт,
светилось сквозь нее затуманенным фантастическим диском.
В тот момент я ясно понял, что дымка никак не связана с жарой.
И это было только начало истории с туманом.
Весь следующий день я внимательно присматривался к окружающей атмос-
фере, но за все то время, что я был на палубе, воздух оставался чистым.
Однако я услышал от одного матроса из вахты старпома, что, пока он стоял
на руле, в небе появлялось марево.
- Сгустилось и почти сразу разъяснилось, что-то такое, - описал он
это явление, когда я обратился к нему с расспросами. Он считал, что это
могло быть из-за жары.
И хотя я знал, что это не так, я не стал его опровергать. Тогда ник-
то, включая даже Пламмера, не придавали этому никакого значения. Когда
же я обратил внимание Тамми на эту дымку и спросил, видел ли он ее, Там-
ми ответил, что она, должно быть, появляется в результате интенсивного
испарения воды под лучами солнца. Я тут же прекратил всякие разговоры на
эту тему, поскольку дальнейшие расспросы мне показались тогда совершенно
бесполезными.
Затем, на следующий день, случилось нечто, заставившее меня серьезно
задуматься и доказавшее, насколько я был прав, предчувствуя в природе
тумана что-то неестественное. Все произошло следующим образом.
Шла утренняя вахта с восьми часов до полудня, только что пробили пять
склянок. Я стоял на штурвале. Небо было абсолютно чистым - ни облачка
вплоть до самого горизонта. Я мучился от жары, и, кроме того, меня одо-
левала дремота. Второй помощник спустился с юта на главную палубу, чтобы
понаблюдать за работой матросов, так что я остался на корме один.
Через какое-то время мне страшно захотелось пить - не придумав ничего
лучшего, я вытащил из кармана брикет жевательного табака и откусил ку-
сок, хотя, честно говоря, не испытываю к нему особого пристрастия. Впол-
не естественно, что вскоре мне понадобилась плевательница; я огляделся -
на привычном месте ее не было. Вероятно, ее унесли на бак, когда драили
палубу, чтобы как следует почистить. Поскольку никто не наблюдал за
мной, я оставил штурвал и направился к поручням на корме. Таким образом
я смог увидеть нечто совершенно неожиданное, а именно корабль, идущий
под всеми парусами левым галсом в крутой бейдевинд - в нескольких сотнях
ярдов от нас по правому борту. Его паруса едва наполнялись слабым бризом
и начинали полоскаться, когда корабль поднимало на волне. По всей оче-
видности, скорость его была не больше узла. С конца гафеля на корму тя-
нулись сигнальные флаги: очевидно, с корабля подавали нам сигнал. Я за-
мер на месте, пораженный этим зрелищем. Я не понимал, почему я не видел
его раньше? При таком слабом ветре они, должно быть, находились в поле
нашего зрения уже по меньшей мере часа два, я был уверен в этом. Но я не
мог найти этому разумного объяснения.
Застыв в растерянности, я вдруг услышал, как за моей спиной быстро
завертелся штурвал. Я не мешкая бросился к нему. Затем чуть позже, уже
сжимая в руках ручки штурвала, я повернул голову, чтобы еще раз взгля-
нуть на незнакомый корабль, но, к моему величайшему удивлению, его не
было. Лишь спокойная гладь океана расстилалась до самого горизонта. Я
несколько раз моргнул, отбросил водоем со лба, затем посмотрел снова, но
корабля не было, точно испарился, - представьте себе, абсолютно ничего,
и все как будто в порядке, за исключением слабого размытого колебания в
воздухе. И чистая поверхность моря, простирающаяся во все стороны к пус-
тому горизонту.
Может, тот корабль пошел на дно? Вполне естественно, что я задал себе
этот вопрос и на какое-то мгновение действительно подумал о таком вари-
анте. Я пригляделся внимательно в морской глади, пытаясь отыскать хоть
какие-нибудь следы кораблекрушения, но их не было; не было ничего, и я
отбросил эту нелепую мысль о крушении.
Затем мне в голову пришла другая мысль - я вдруг подумал, а нет ли
какой связи между исчезнувшим кораблем и теми странными событиями, что
происходят на нашем корабле? Что если судно, которое я увидел, не су-
ществовало в действительности, а было лишь порождением моего воображе-
ния? Я обдумал обстоятельно эту версию. Она в общем-то объясняла случив-
шееся; других объяснений у меня не было, я больше ничего придумать не
мог. Если б он был настоящим, другие матросы обязательно увидели б его,
причем намного раньше меня; я совершенно запутался в своих рассуждениях
- вид этого корабля был настолько реален - он буквально стоял у меня пе-
ред глазами, - видна каждая снасть, каждый парус, каждый рей. Я вспом-
нил, как корабль кренился на волне, как его паруса надувались под легким
бризом. И флаги на тросе! Они подавали нам сигнал. Я готов был в этом
поклясться.
Я зашел в тупик в своих рассуждениях; стоя вполоборота к штурвалу, я
крепко держал его левой рукой, продолжая обозревать море в надежде обна-
ружить хоть что-нибудь, что помогло бы мне разобраться в случившемся.
И вдруг мне показалось, что я снова увидел корабль. Он был теперь на
нашем траверсе, а не сбоку, как раньше, и появился лишь на мгновение -
это было мимолетное затуманенное, расплывчатое видение, как будто я наб-
людал корабль сквозь завихрения раскаленного воздуха. Затем все исчезло,
и море вновь опустело; но на этот раз я был уверен в реальности корабля.
Странное туманное колебание воздуха напомнило мне об одной вещи. Я
вспомнил загадочное, зыбкое состояние атмосферы за несколько дней до то-
го, как туман накрыл наш корабль. Я связал мысленно эти два явления меж-
ду собой. В облике того таинственного корабля не было ничего странного.
Странность заключалась в нас самих. Что-то такое присутствовало на нашей
посудине (или окружало ее), что не позволяло мне и прочим членам экипажа
видеть тот другой корабль. Очевидно, они могли наблюдать нас, что дока-
зывали сигнальные флаги. Мне вдруг стало интересно, что могут подумать о
нас люди с того корабля, если мы не обращаем внимания и, видимо, наме-
ренно, на их сигналы.
После этого я задумался о странности всего происходящего в целом. Ко-
нечно, даже в ту минуту они видели нас; что же касается нашего корабля,
то океан вокруг него казался пуст. Мне стало жутко.
Затем новая мысль пришла ко мне. Как долго находились мы в подобном
состоянии? Я задумался и только тогда вдруг сообразил, что утром того
самого дня, когда появился туман, мы заметили на горизонте сразу нес-
колько судов, а потом они куда-то исчезли, и с тех пор горизонт был со-
вершенно чист. Это не могло не показаться странным, если не сказать
больше, так как, помимо нас, еще несколько кораблей возвращались в порт
приписки и шли тем же курсом. Следовательно, при такой ясной погоде, при
почти что полном отсутствии ветра они должны были находиться в пределах
нашей видимости. Рассуждая подобным образом, я пришел к единственно воз-
можному, как мне в тот момент казалось, выводу: существовала некая связь
между появлением тумана и нашей неспособностью видеть. Если это и в са-
мом деле так, мы пребывали в таком необычном состоянии слепоты уже почти
три дня.
В моем сознании снова всплыл образ того корабля в нескольких сотнях
ярдов от нашего борта. И я сейчас припоминаю странное ощущение, появив-
шееся у меня тогда, будто я наблюдал за кораблем из какого-то другого
измерения. Знаете, на несколько секунд эта безумная мысль овладела мной
полностью, отодвинув всякие логические рассуждения о сути явления в сто-
рону. Она, похоже, самым точным образом выразила те полуоформившиеся
идеи, что блуждали в моей голове с того момента, как я увидел эту посу-
дину в океане.
Неожиданно за моей спиной раздался шум парусов и скрип рей, и в то же
мгновение я услышал голос капитана:
- Какого черта, Джессоп, каким курсом мы идем?
Я повернулся быстро к штурвалу и сказал, запинаясь:
- Не знаю, сэр.
Я даже забыл, что несу вахту на штурвале.
- Он не знает! - взревел капитан. - Я и вижу, что ты ничего не зна-
ешь, черт побери! Право руля, идиот! Сейчас корму занесет вперед носа!
- Слушаюсь, сэр, - ответил я, налегая на штурвал. Я действовал почти
машинально, поскольку все еще находился в состоянии крайнего потрясения
и у меня не было времени собраться с мыслями.
Еще с полминуты после этого я воспринимал лишь брань Старика. Но вот
оцепенение схлынуло, и я очнулся, разглядывая мысленно компас, не совсем
еще, правда, отдавая отчет в своих действиях. Однако теперь я видел, что
корабль возвращается на правильный курс. И только Богу известно, на
сколько градусов в сторону я увел его.
С осознанием того, что я почти положил судно в дрейф, пришло воспоми-
нание об изменении курса другого корабля. В последний раз он появился на
нашем траверзе, а не сбоку. Теперь, когда ко мне вернулась способность
соображать, я понял причину этого очевидного, но до сих пор необъяснимо-
го факта. Все произошло из-за изменения нашего курса - мы свернули прямо
на тот корабль.
Интересно, что раздумывая обо всем этом, я, видимо, совершенно забыл
о капитане - он тряс меня за плечо.
- Что с тобой, парень? - орал он. А я смотрел на него, словно осел, и
молчал.
- Ты что, спятил, черт тебя дери? - продолжал кричать капитан. - Тебя
в сумасшедший дом отправить? На солнце перегрелся, парень? Да отвечай,
что ты рот разеваешь, как идиот!
Я пытался что-то сказать, но получалось нечто нечленораздельное. Со
мной все было в порядке, но я был совершенно потрясен сделанными мной
открытиями, и потом, у меня было такое ощущение, будто я вернулся на па-
лубу откуда-то издалека.
- Ты спятил! - сказал он снова. Потом он повторил это еще несколько
раз, точно желая убедить меня в этом. Затем он отпустил мое плечо и ото-
шел на несколько шагов.
- Я не спятил! - заявил я, обретая с большим трудом дар речи. - А ес-
ли и так, то не больше, чем вы.
- Тогда почему ты не отвечаешь на мои вопросы, черт возьми! - закри-
чал он. - Что с тобой случилось? Отвечай!
- Я разглядывал тот корабль справа по борту, сэр, - окрикнул я. - Они
сигналили нам...
- Что? - перебил он своим вопросом. - Какой корабль?
Он повернулся быстро и посмотрел в море. Затем снова накинулся на ме-
ня:
- Там нет никакого корабля! Что за бред ты несешь!
- Корабль есть, сэр, - возразил я, указывая на море: - Он там...
- Замолчи! - крикнул он. - Хватит!
- Я видел его, сэр, - настаивал я.
- Ты еще смеешь огрызаться! - рявкнул он, теряя терпение.
Затем он неожиданно замолчал. Он сделал шаг в мою сторону и заглянул
мне в лицо. Полагаю, старый козел подумал, что я тронулся рассудком. Во
всяком случае, не проронив больше ни слова, он отошел от меня.
- Мистер Тулипсон! - крикнул он.
Я услышал, как откликнулся второй помощник:
- Слушаю, сэр?
- Поставьте другого матроса на штурвал.
- Так точно, сэр, - ответил второй помощник.
Минуты через две пришел старина Джаскетт, чтобы сменить меня. Я наз-
вал ему наш курс, он повторил его.
- Что случилось, приятель? - спросил он, вставая вместо меня к руле-
вому колесу.
- Ничего особенного, - сказал я и отправился с докладом к капитану.
Но он даже не взглянул в мою сторону. Тогда спустившись на главную палу-
бу, я доложил о курсе корабля второму помощнику. Тот спокойно выслушал
меня, а затем спросил, что я такого натворил, что у Старика шерсть вста-
ла дыбом.
- Я сказал ему, что справа по борту идет корабль, подавая нам сигна-
лы, - ответил я.
- Но там нет никакого корабля, Джессоп, - возразил второй помощник,
вопросительно глядя на меня.
- Он там, сэр, - начал я. - Дело в том...
- Отставить, Джессоп! - приказал он. - Идите на бак, можете переку-
рить. Позже вы потребуетесь для починки лееров. Возвращаясь, прихватите
киянку, она вам понадобится.
- Есть, сэр, - пробормотал я и ушел на нос.

ГЛАВА 8
В ТУМАНЕ

С появлением тумана события начали развиваться с удвоенной скоростью.
В последующие два-три дня произошло очень много всего.
Ночью того дня, когда капитан снял меня со штурвала, мы заступили на
вечернюю вахту, и с десяти часов до полуночи я стоял впередсмотрящим.
Медленно расхаживая вдоль поручней бака, я раздумывал об утреннем
происшествии. Поначалу мои мысли обратились к Старику. Я клял его пос-
ледними словами, но затем мне пришло в голову, что, если б я был на его
месте и, выйдя на палубу, обнаружил, что корабль развернуло почти против
ветра, а матрос за штурвалом уставился куда-то в море, пренебрегая свои-
ми обязанностями, я наверняка вел бы себя точно так же. Кроме того, я
выставил себя последним идиотом, сказав ему про увиденный мной корабль.
Я никогда бы не сделал подобной глупости, если б у меня в тот момент не
произошло помутнения в мозгах.
Потом я мысленно обратился ко второму помощнику: почему он смотрел на
меня так странно сегодня утром? Возможно, в своих догадках он находился
ближе к правде, чем мне это представлялось. И если это так, почему он
отказался выслушать меня?
После этого я начал ломать голову над природой тумана. В течение дня
я очень много думал о нем. Одно предположение показалось мне интересным:
оно состояло в том, что реальный, видимый туман являлся материализован-
ным проявлением некой среды с чрезвычайно таинственными свойствами,
сквозь которую мы двигались.
Прохаживаясь взад-вперед и поглядывая время от времени на море, я
вдруг заметил яркий свет в темноте. Я замер на месте и пригляделся. Мо-
жет, это свет с какого-нибудь судна, подумал я. В таком случае нас
больше не окружала со всех сторон та загадочная оболочка. Я перегнулся
через поручни, чтобы получше разглядеть источник света. Мне удалось уви-
деть, что свет исходил, вне всякого сомнения, от зеленого фонаря на суд-
не, идущем слева по курсу. Было абсолютно ясно, что его курс пересекался
с нашим. Более того, корабль находился в опасной близости от нас - раз-
мер и яркость огней доказывали это. Они, по-видимому, лежали в крутом
бейдевинде, тогда как мы шли прямо по ветру, так что нам нужно было пос-
корее убираться с их пути. Я сразу же повернулся, сложил ладони рупором
у рта и закричал второму помощнику:
- Огни слева по курсу, сэр!
Через мгновение донесся его ответный крик:
- Где? По какому борту?
Ослеп он, что ли, подумал я про себя.
- Примерно два градуса слева по курсу, сэр! - прокричал я.
Затем я повернул голову, чтобы посмотреть, насколько переместился тот
корабль. Однако, пошарив взглядом в темноте, я не увидел никаких огней.
Я перебежал на нос, перегнулся через поручни и уставился в море; там ни-
чего не было, то есть абсолютно ничего, кроме темноты, обступившей нас
со всех сторон. Наверно, секунд пять я стоял, как пригвожденный, а затем
в мою голову закралось подозрение, что появление огней фактически было
повторением утреннего явления. Очевидно, та неосязаемая оболочка, кото-
рая обволакивала наш корабль, разошлась на мгновение, дав мне таким об-
разом возможность увидеть свет впереди. Потом она снова сомкнулась. Од-
нако, даже при отсутствии огней, я был абсолютно уверен в том, что нам
навстречу идет какое-то судно и находится оно уже совсем близко от нас.
В любую минуту мы можем налететь на него. Оставалось только надеяться,
что они, видя наше нежелание уступать дорогу, изменят курс, давая нам
пройти. Я ждал, тревожно вглядываясь в темноту. И тут я услышал звук
чьих-то шагов, кто-то направлялся в мою сторону - это оказался практи-
кант, несший вахту на рынде.
- Второй помощник велел передать, что не видит никаких огней, Джес-
соп, - сказал он, подойдя ко мне. - Укажи точнее, где они.
- Если б я знал, - ответил я. - Я сам потерял их из виду. Это был зе-
леный огонь, примерно два градуса влево по курсу. Причем он был совсем
рядом.
- Может, фонарь у них ветром задуло? - предположил он, всматриваясь
пристально в ночную темноту.
- Возможно, - сказал я.
Я не стал говорить ему, что свет фонаря был настолько близко, "то к
этому моменту мы давно уже должны были бы увидеть, несмотря на темноту и
сам корабль.
- А ты уверен, что это был корабельный фонарь, а не звезда? - спросил
он с сомнением, еще раз окинув поверхность моря долгим взглядом.
- Ну да! - сказал я. - Как я сразу не сообразил, это была Луна.
- Не заводись, - сказал он. - Всякий может ошибиться. Что передать
второму помощнику?
- Скажи ему, что огни исчезли.
- Куда исчезли? - спросил он.
- Я-то откуда знаю, черт возьми? - сказал я. - Не задавай глупых воп-
росов!
- Ладно, не злись, - сказал он и отправился на ют, чтобы доложить
второму помощнику.
Прошло, должно быть, минут пять, и я снова увидел огонь. Он был прямо
перед нашим носом, и это указывало со всей очевидностью, что они положи-
ли руль против ветра, чтобы избежать столкновения с нами. Не медля ни
секунды, я закричал второму помощнику, что вижу зеленый фонарь примерно
в четырех градусах слева по курсу. По всей видимости, мы едва не вреза-
лись друг в друга! Огонь находился, похоже, не более чем в сотне ярдов
от нашего борта. К счастью, мы двигались не с такой уж большой ско-
ростью.
Ну, теперь-то второй помощник увидит его, подумал я. И эта бестолочь,
практикант, сможет правильно определить название этой звезды.
Не успел я порадоваться, как свет потускнел и исчез. Тут же раздался
голос второго помощника:
- В каком направлении огни?
- Снова исчезли! - крикнул я в ответ.
Минутой позже я услышал его шаги.
Достигнув трапа по правому борту, он окликнул меня:
- Джессоп, ты где?
- Здесь, сэр, - сказал я, подходя к вершине трапа.
Он поднялся на бак.
- Что ты там кричал? - спросил он. - Покажи, где был огонь, когда ты
видел его в последний раз.
Я показал - он подошел к поручням левого борта и стал вглядываться в
темноту.
- Он исчез, сэр, - осмелился я указать ему. - Но я видел его два ра-
за, первый раз он был градуса на два левее курса, а сейчас совсем близко
от носа, но в обоих случаях он почти сразу же исчез.
- Я совсем ничего не понимаю, Джессоп, - сказал он озадаченно. - Ты
уверен, что это был корабельный огонь?
- Да, сэр. Зеленый огонь. Он был совсем близко.
- Не понимаю, - повторил он. - Сбегай на ют и скажи практиканту,
пусть передаст тебе мой бинокль. Только живо.
- Слушаюсь, сэр, - ответил я и побежал на корму.
Я обернулся за минуту. Вооружившись биноклем, помощник долго всматри-
вался в темноту.
Затем он резко опустил его и повернулся ко мне:
- Куда же он делся? Если они так быстро изменили курс, их посудина
должна быть совсем рядом. Мы бы видели ее!
- Все очень странно, сер, - согласился я.
- Чертовски странно, - сказал он. - Настолько странно, черт побери,
что у меня возникло подозрение, не померещилось ли тебе все это?
- Нет, сэр, я уверен, что это был корабельный огонь.
- Тогда где же корабль? - спросил он
- Не могу знать, сэр, - ответил я.
Второй помощник замолчал. Потом он прошелся несколько раз быстрым ша-
гом по баку, то и дело останавливаясь и осматривая поверхность моря в
бинокль. Наверно, еще с минуту он пробыл на носу, а затем, не сказав ни
слова, спустился по трапу на главную палубу и ушел на корму.
Да, загадка, подумал я. Интересно, что он решит. Я спрашивал себя, не
лучше ли рассказать ему все, как есть. Мне казалось, что теперь-то он
должен был выслушать меня. С другой стороны, уверенности у меня не было.
Возможно, в его глазах я выглядел ослом, причем тронувшимся рассудком.
Я прохаживался по баку, занятый этими мыслями, когда огонь появился в
третий раз. Он был большим и ярким, и я видел, как он перемещается. Это
указывало на то, что он должен быть где-то совсем близко от нас.
Я подумал, что уж на этот раз второй помощник не может не увидеть
его.
Теперь я не стал сразу кричать. Я решил, что дам возможность помощни-
ку капитана самому убедиться и его существовании. Кроме того, я не соби-
рался снова рисковать - что, если он опять исчезнет, едва я подам голос.
Наверно, с полминуты я вел наблюдение за огнем - он не исчезал, и я в
любую секунду ожидал услышать вопль второго помощника, подтверждающий,
что он наконец-то заметил его; но стояла тишина.
Я не мог больше ждать и, подбежав к трапу, ведущему на главную палу-
бу, заорал во весь голос:
- Зеленый огонь на траверзе!
Но мое выжидание оказалось слишком длинным. Только я начал кричать,
как огонь стал блекнуть и мгновением позже исчез.
Я с досадой топнул ногой и выругался. Все это говорило не в мою
пользу. Правда, какое-то время я еще тешил себя слабой надеждой, что
вахтенные на корме успели заметить огонь прежде, чем он исчез; но дли-
лось это недолго.
- Какой, к черту, огонь! - Услышал я крик второго помощника, и сразу
понял, что никто и ничего не видел.
Затем он засвистел в свисток, и один из матросов, выскочив из кубри-
ка, кинулся на ют, чтобы узнать, какие будут приказания.
- Кто заступает впередсмотрящим? - донесся до меня вопрос помощника.
- Джаскетт, сэр.
- Скажи ему, чтобы он сейчас же сменил Джессопа. Ты понял?
- Да, сэр, - ответил матрос и пошел в кубрик.
Через минуту Джаскетт, спотыкаясь, поднялся на бак. Он спросил сонно:
- Что случилось, приятель?
- Все из-за этого идиота, второго помощника! - сказал я с яростью. -
Я докладывал ему три раза об огнях в море, но этот идиот ослеп и ни чер-
та не видит, вот и поднял тебя мне на смену!
- А где огонь, приятель? - поинтересовался он, окидывая взором море
вокруг корабля. - Не вижу никаких огней.
- Он был, но исчез, - ответил я.
Он хмыкнул.
- Исчез! - повторил я, раздражаясь.
Он повернулся ко мне и участливо произнес:
- Я бы на твоем месте поспал немного, приятель. Со мной тоже такое
бывало. Нет ничего лучше сна, когда с тобой такая чепуха происходит.
- Что! - сказал я. - Какая чепуха?
- Не заводись, приятель. К утру все как рукой снимет. И не обижайся.
- В его голосе звучало сочувствие.
- Черт! - только и сказал я, спускаясь с бака. Похоже, что старина
Джаскетт подумал, будто у меня началось размягчение мозгов.
- Как же, снимет, жди! - ворчал я себе под нос. - Интересно, кто мо-
жет заснуть после такого.
Чувствуешь себя отвратительно, когда никто вокруг не понимает тебя. А
мне просто необходимо было поговорить с кем-то. И тут я вспомнил о Там-
ми. Уж кто-кто, а он сможет понять меня, и мне, может быть, станет лег-
че.
Поэтому вместо кубрика я направился на корму, в каюту практикантов.
Подойдя к юту, я поднял глаза и увидел темную фигуру второго помощника,
который стоял надо мной, облокотившись на поручни.
- Кто там? - спросил он.
- Это Джессоп, сэр, - ответил я.
- Что тебе здесь понадобилось? - осведомился он.
- Я хочу поговорить с Тамми, сэр, - сказал я.
- Иди-ка лучше в кубрик и поспи, - сказал он не без некоторого учас-
тия. - От этого будет куда больше пользы, чем от пустых разговоров. У
тебя слишком разыгралось воображение в последнее время!
- Вы ошибаетесь, сэр! Со мной все в порядке. Мне...
- Прекратить! - резко оборвал он меня. - Иди и ложись спать.
Я выругался про себя и отправился на нос. Меня начало бесить, что со
мной обращаются, как с ненормальным.
"Черт возьми! - думал я. - Интересно, что будет с этими идиотами,
когда они узнают то, что знаю я."
Я спустился в кубрик через дверь с левого борта, добрался до своего
Сундучка и сел на него. Я чувствовал себя усталым, злым и несчастным.
Квойн и Пламмер играли в карты. Стаббинс лежал на своей койке, наблю-
дая за игрой, и курил трубку. Когда я вошел, он поднял голову и вопроси-
тельно посмотрел на меня.
- Что там приключилось? - спросил он.
Мы обменялись взглядами. Квойн и Пламмер оторвались от игры. Я
чувствовал, что мне надо выговориться, иначе у меня лопнут мозги, и я
выложил им всю историю, с трудом подбирая нужные слова. Я уже понял, что
объяснять что-либо совершенно бесполезно, и поэтому просто пересказал им
голые факты, избегая каких-либо комментариев, насколько это было возмож-
но.
- Три раза, говоришь? - переспросил Стаббинс, когда я закончил расс-
каз.
- Да, - подтвердил я.
- И Старик снял тебя со штурвала сегодня утром, потому что ты увидел
тот корабль, а он нет, - добавил Пламмер, точно размышляя вслух.
- Да, - снова сказал я.
Мне показалось, что он как-то странно переглянулся с Квойном.
- Наверно, помощник решил, что у тебя мозги слегка сдвинулись, - за-
метил он, немного помолчав.
- Второй помощник - идиот! - сказал я со злостью. - Кретин!
- Я бы не сказал, - заметил он. - Ясное дело, ему показалось все это
странным. Лично я тоже не понимаю...
Он неожиданно замолчал.
- Не могу понять, почему же второй помощник не увидел огней? - спро-
сил озадаченно Квойн.
Мне показалось, что Пламмер толкает его в бок, чтобы тот помолчал.
Похоже, он разделял мнение второго помощника, и это привело меня в
ярость. Но следующее замечание Стаббинса отвлекло мое внимание.
- Чего-то я не понимаю, - произнес он. - Зачем второму помощнику нуж-
но было снимать тебя и ставить другого впередсмотрящим.
Он кивнул головой, не сводя с меня глаз.
- Что ты хочешь этим сказать? - спросил я с недоумением.
- Я хочу сказать, почему второй помощник, черт возьми, так уверен в
себе?
Он затянулся трубкой, вынул ее изо рта и чуть подался вперед, высовы-
ваясь из койки.
- Он что-нибудь сказал тебе, когда снимал с вахты? - спросил он.
- Нет, - ответил я, - но он сказал чуть позже, когда я шел на корму.
Он сказал, что мне стал мерещиться всякий бред в последнее время и что
мне лучше будет пойти в кубрик и проспаться.
- И что ты ему ответил?
- Ничего. Я вернулся на бак.
- А почему ты, черт возьми, не спросил у него, а не померещилось ли
ему случайно, когда он заставил нас лазить по вантам, разыскивая непо-
нятно кого.
- Мне не пришло это в голову, - сказал я.
- Вот, а надо было спросить.
Он замолчал, приподнялся в своей койке и попросил спичек.
Когда я передавал ему коробок, голос подал Квойн:
- В том случае, ребята, это наверняка был "заяц" из трюма.
Стаббинс передал мне обратно спичечный коробок и продолжил, не обра-
щая ни малейшего внимания на слова Квойна.
- Значит, он велел тебе пойти отдохнуть, да? Не понимаю, зачем он
прикидывается?
- Прикидывается? Что ты имеешь в виду? - спросил я.
Он задумчиво покачал головой.
- Я думаю, черт подери, что в действительности он прекрасно знает,
что ты видел этот огонь.
Услышав это, Пламмер хотел было возразить, но промолчал.
- Значит, ты мне веришь, правильно? - спросил я с некоторым удивлени-
ем.
- Как тут не верить, - заметил он убежденно. - Ты ведь не мог оши-
биться три раза подряд.
- Не мог, - сказал я. - Конечно, я уверен, что видел огонь, тут ника-
ких сомнений, хотя... - Я сделал паузу. - Хотя все это чертовски стран-
но.
- Чертовски! Это верно, - согласился он. - Прямо дьявольщина ка-
кая-то! Много чего непонятного происходит в последнее время.
Он на некоторое время замолчал, а затем вдруг решительно произнес:
- Здесь что-то не чисто, ребята, и черт меня дери, если это не так.
Он затянулся вару раз, попыхивая трубкой, образовалась секундная пау-
за, и в это мгновение до нашего слуха донесся голос Джаскетта. Он кричал
с палубы над нами:
- Красный огонь по правому борту, сэр!
- Вот, пожалуйста, - сказал я, мотнув головой вверх. - Посудина, ко-
торую я заметил, должна быть как раз в том месте. Она не смогла проско-
чить перед нашим носом, поэтому они поставили руль против ветра и про-
пустили нас, а теперь снова легли в бейдевинд и прошли у нас за кормой.
Я вскочил с сундучка и бегом направился к двери, все трое матросов
двинулись следом. Оказавшись на палубе, я услышал, как второй помощник
кричит с юта, требуя указать направление на огонь.
- Святые угодники! - сказал я. - Стаббинс, мне кажется, что этот чер-
тов фонарь опять исчез.
Мы кинулись к правому борту, все четверо, но в темноте за кормой не
было уже ни малейших признаков корабельных огней.
- Что до меня, то я совсем ничего не вижу, - сказал Квойн.
Пламмер промолчал.
Я бросил взгляд в сторону носа. Я смог разглядеть фигуру Джаскетта.
Он стоял у поручня правого борта.
- Куда он подевался, Джаскетт? - крикнул я.
- Не знаю, приятель, - ответил он. - Дьявольщина какая-то, первый раз
с такими чудесами сталкиваюсь. Корабль был вон там, это точно, я вам го-
ворю, а через минуту - куда-то подевался, нет его и все.
Я повернулся к Пламмеру.
- Ну, а теперь ты что скажешь? - спросил я его.
- Похоже, что ты прав, - ответил он. - Но я тоже ничего не понимаю.
Со стороны кормы раздался звук приближающихся шагов.
Стаббинс прокричал:
- Джаскетт, слышишь: помощник катит по твою душу, готовься к объясне-
ниям.
Второй помощник прошел мимо нас и поднялся по трапу на бак.
- Что случилось, Джаскетт? - спросил он быстро. - Где твой огонь? Ни
я, ни практикант его не видели!
- Чертов фонарь делся куда-то, сэр, - доложил Джаскетт.
- Делся? - переспросил второй помощник. - Что ты хочешь сказать?
- Корабль был вон там, сэр, я готов поклясться, а через минуту смот-
рю: его уже нет.
- Еще что скажешь? - прорычал помощник капитана. - Надеюсь, ты не ду-
маешь, что я поверю в это?
- Но это святая правда, сэр. Впрочем, как хотите, - ответил Джаскетт.
- Джессоп ведь тоже видел огни.
Очевидно, бедняга изменил свою точку зрения и больше уже не думал,
что я нуждаюсь в лечебном сне.
- Ты старый болван, Джаскетт, - сказал резко второй помощник. - А
этот идиот Джессоп вбивает всякую ерунду в твою дурную голову.
Он помолчал секунду, затем продолжил:
- Что с вами со всеми происходит, черт побери? Затеяли для чего-то
какую-то дурацкую игру. Ты же сам прекрасно знаешь, что не видел никако-
го огня. Я снял Джессопа с вахты, а теперь ты начинаешь все заново.
- Мы не... - начал объяснять Джаскетт, но второй помощник не дал ему
договорить.
- Отставить! - приказал он, повернулся, спустился по трапу и быстро
прошел мимо нас, не проронив ни слова.
- Не похоже что-то, что второй помощник верит нам, - сказал я, обра-
щаясь к Стаббинсу.
- Как знать, - ответил тот. - Помощник - загадочная личность.
Конец вахты прошел спокойно. Когда пробили восемь склянок, я заторо-
пился в кубрик - я ужасно устал, и мне хотелось побыстрее оказаться в
койке.
Когда нас снова вызвали на палубу для несения утренней вахты с четы-
рех часов до восьми, я узнал, что один из матросов из вахты капитана ви-
дел огонек в море вскоре после нашего ухода в кубрик и доложил об этом
начальнику, но, как и во время нашей вахты, огонь почти сразу исчез.
Это, как выяснилось, случилось дважды, и Старик так взбесился, будучи
уверен, что матрос издевается над ним, что дело чуть не дошло до мордо-
боя; в конечном итоге матроса убрали с поста впередсмотрящего и на его
место прислали другого вахтенного. Если этот матрос и видел огонь, то
проявил осторожность и не доложил капитану; на этом все и закончилось.
А на следующий день, еще не успели смолкнуть разговоры о таинственных
огнях, как произошло еще одно событие, вытеснившее на время из моего
сознания все воспоминания о тумане и той загадочной невидимой оболочке,
которая ему сопутствовала.

ГЛАВА 9
МАТРОС, КОТОРЫЙ ЗВАЛ НА ПОМОЩЬ

Как я уже сказал, дальнейшие события развернулись ночью следующих су-
ток. И они заставили меня, а может, еще кого из экипажа, очень живо
осознать присутствие на борту нашей посудины какой-то страшной угрозы
для каждого из нас.
С восьми до двенадцати мы были подвахтенными. Ветер посвежел. По небу
катились огромные облака, и было похоже, что погода портится.
Без четверти двенадцать, когда нас вызвали нести вахту на палубе, я
сразу определил по звуку, что дует довольно сильный ветер; в то же время
я услышал голоса матросов предыдущей вахты, натягивающих канаты. Я уло-
вил шум парусов, наполняемых ветром, и догадался, что вахтенные убирают
бом-брамселя. Я взглянул на свои часы, которые всегда висели у меня в
изголовье койки. Они показывали чуть меньше, чем без четверти двенад-
цать, и я подумал, что, если повезет, нам не придется лезть на реи.
Я быстро оделся, подошел к двери и выглянул наружу. Оказалось, что
ветер изменил направление - вместо бокового стал попутным. Я посмотрел
на небо.
Над моей головой ветер трепал едва различимые бомбрамселя на фок-мач-
те и бизани. На грот-мачте к спуску грот-трюмселя пока не приступали. По
вантам фок-мачты вслед за кем-то из парней поднимался Джейкобс, матрос
второго класса из вахты капитана. Оба их практиканта были уже на реях
бизани. На палубе суетились остальные вахтенные, сматывая канаты.
Я вернулся к своей койке и посмотрел на часы: до восьми склянок оста-
вались считанные минуты. Я достал плащ, поскольку погода явно предвещала
дождь, и приготовился ждать команды. Пока я возился с плащом, поднялся
Джок и, подойдя к двери, тоже высунул голову из кубрика.
- Ну как там погода, Джок? - спросил его Том, вылезая торопливо из
койки.
- Думаю, ветер крепчает. Похоже, будет дождь, - ответил Джок.
Когда пробили восемь склянок, мы выстроились на юте для переклички,
но капитан не разрешил начать ее, пока Том, который, по обыкновению,
вскочил с койки в самую последнюю минуту, не явится на палубу. Когда он
наконец появился, второй помощник и капитан вдвоем устроили ему хорошую
взбучку за отсутствие должной резвости, и, таким образом, прошло нес-
колько минут, прежде чем мы направились обратно на бак. Эта заминка сама
по себе била совершенно пустяковой, но ее последствия оказались поистине
ужасными для одного из членов нашего экипажа; только мы приблизились к
фокмачте, как с рея донесся крик, такой громкий, что он перекрыл шум
ветра, и в следующее мгновение что-то рухнуло сверху прямо на нас. Раз-
дался сильный, глухой удар. Что-то очень громоздкое и тяжелое упало на
голову Джоку - он повалился, громко издав надрывное "ах!", и замолчал
навсегда. Мы, объятые страхом, как по команде, кинулись к освещенной
двери кубрика. Мне не стыдно признаться, что я побежал вместе с ос-
тальными. Дикий слепой страх охватил меня, лишив возможности что-либо
соображать.
Оказавшись в стенах кубрика, мы начали приходить в себя. Несколько
секунд все стояли, тупо глядя друг на друга. Затем кто-то что-то спро-
сил, ему ответили общим нестройным бормотанием. Нам всем стало стыдно,
один из матросов протянул руку и снял с крюка фонарь, висевший у двери
по левому борту. Я сделал то же самое, взяв фонарь с противоположной
стены; все быстро устремились к выходу. Мы выскакивали один за другим на
палубу, и до меня донеслись голоса капитана и его помощников. Очевидно,
они спустились с юта посмотреть, что случилось; но было слишком темно, и
я не видел их. Я услышал, как старпом кричит:
- Куда вы все подевались, черт возьми?
В следующую секунду они, должно быть, увидели свет от наших фонарей:
я услышал звук их шагов - они бежали в нашу сторону. Перед самой
фок-мачтой кто-то из них споткнулся и упал. Это был старпом - он явно
налетел на что-то. Я понял это по той ругани, что раздалась сразу после
его падения. Он поднялся на ноги и, очевидно, даже не потрудившись пос-
мотреть, обо что же это он только что споткнулся, бросился к поручням.
Второй помощник вбежал в круг света, образуемый нашими фонарями, и замер
на месте, с подозрением уставившись на нас. Теперь я не удивляюсь этому,
впрочем, так же как и последующему поведению старпома, но тогда должен
признаться, я немало поломал голову над тем, что же нашло на них, осо-
бенно на старпома. Он выскочил на нас из темноты с ревом разъяренного
буйвола, размахивая железной стойкой, выдернутой из леерного ограждения.
Мне тогда не пришло в голову посмотреть на происшедшее их глазами: сна-
чала весь экипаж заперся в кубрике, затем обе вахты в диком возбуждении
высыпали на палубу, во главе с парой вооруженных фонарями парней. А пе-
ред этим был крик на реях и падение чего-то тяжелого на палубу, за чем
последовали вопли перепуганных матросов и топот бегущих ног. Старпом
тогда, похоже, принял этот крик за условный сигнал, а наши действия как
нечто близкое корабельному бунту. Во всяком случае, те слова, с которыми
он обратился к нам, подтверждали это.
- Я размозжу голову первому, кто сделает шаг! - закричал он, размахи-
вая стойкой перед моим лицом. - Я покажу вам, кто тут командир! Какого
черта вы вывалили на палубу? Марш в свою конуру!
Последние слова вызвали у матросов заметное недовольство, и старый
забияка отступил от нас на пару шагов.
- Немного выдержки, ребята! - прокричал я. - Помолчите-ка секунду!
- Мистер Тулипсон! - обратился я ко второму помощнику, молчаливо сто-
явшему рядом со старпомом. - Я не знаю, что нашло на старпома, но вряд
ли он добьется чего хорошего, разговаривая с нами в таком тоне; так мож-
но нарваться на большие неприятности!
- Джессоп, поосторожней в выражениях! Прекратить! Я не позволю тебе
так говорить о помощнике капитана! - сказал он резко. - Доложите, что
случилось, а затем отправляйтесь в кубрик, все до единого.
- Мы бы уже давно вам все объяснили, сэр, - ответил я. - Но старпом
не дал никому из нас даже рта раскрыть. Произошло ужасное несчастье,
сэр. Что-то упало с мачты прямо на Джока...
Я вынужден был замолчать, даже не закончив предложения, так как отку-
да-то сверху донесся громкий крик.
- На помощь! На помощь! - звал кто-то, а затем крик перешел в пронзи-
тельный вопль.
- Боже мой! - воскликнул я. - Сэр, это кто-то из матросов на
фор-бом-брамселе!
- Всем слушать! - приказал второй помощник. - Слушать!
Еще не успел он договорить, как крик раздался снова - прерывистый,
как будто тому, кто кричал, зажимали рот.
- Помогите!.. Господи!.. Ох!.. На помощь!.. На помощь!
Первым пришел в себя Стаббинс.
- Быстро наверх, ребята! - закричал он. - Святые угодники! Быстро на-
верх!
Одним прыжком он оказался на вантах фок-мачты. Я взял в зубы кольцо
фонаря и последовал за ним. Пламмер двинулся за мной, но второй помощник
оттащил его назад.
- Хватит двоих, - сказал он. - Я сам полезу. - И он стал подниматься
следом за мной.
Совсем скоро мы были уже на марсе. Свет фонаря не позволял мне видеть
хоть что-то впереди в темноте; но Стаббинс, который был уже на салинге
на несколько выбленок впереди, внезапно закричал срывающимся от быстрого
подъема голосом:
- Они дерутся... как дьяволы!
- Что? - переспросил второй помощник, переводя дыхание.
Очевидно, Стаббинс не услышал его, поскольку не последовало никакого
ответа. Мы миновали салинг и перелезли на ванты брам-стеньги. Там навер-
ху ветер ощущался значительно сильнее, чем на палубе и над головой шумно
хлопала развеваемая им парусина, но в остальном было тихо.
И вдруг снова из темноты над нами раздался ужасный вопль. В нем было
все - и крик о помощи, и яростная отборная ругань.
В нескольких метрах от бом-брам-рея Стаббинс приостановился и, повер-
нув голову, посмотрел на меня:
- Давай быстрее... фонарь... Джессоп! - крикнул он, судорожно хватая
ртом воздух. - Еще минута... и тут... произойдет убийство!
Я догнал его и вытянул вверх руку с фонарем. Он наклонился и взял
его, затем, вскинув фонарь над головой, поднялся еще на несколько выбле-
нок выше. Передвигаясь подобным образом, он добрался до уровня бомб-
рам-рея. Я находился чуть ниже, и в том положении мне казалось, что фо-
нарь бросает лишь несколько неверных, трепещущих лучей вдоль рея; тем не
менее я коечто смог разглядеть. Прежде всего мой взгляд скользнул по
надветренной половине рея, и я сразу же убедился, что на ней ничего нет.
Оттуда мой взгляд переместился на подветренный конец. Я различил неясные
очертания какой-то фигуры, которая, повиснув, билась на рее. Стаббинс
вытянул вперед руку с фонарем. Мне стало лучше видно. В той, с неясными
очертаниями фигуре, я узнал Джейкобса, матроса второго класса. Правой
рукой он держался за рей, а левой, казалось, отбивался от кого-то, кто
находился позади него, ближе к концу рея. Иногда он издавал стон и с шу-
мом выдыхал воздух, иногда испускал проклятия. В какой-то момент, когда
его как будто начали отдирать от рея, он завизжал, как женщина. Весь его
вид говорил об отчаянном положении. Вряд ли я смогу передать словами
впечатление, которое произвела на меня эта необычная картина. Я смотрел
широко раскрытыми глазами, но, похоже, не осознавал до конца, что же
все-таки происходило на самом деле.
За те несколько секунд, что я напрягал зрение и переводил дыхание,
Стаббинс успел перелезть на другую сторону рея, обогнув мачту. Я поспе-
шил следом.
Второй помощник, который находился ниже меня, не мог видеть того, что
происходило на рее, и он окликнул меня, требуя доложить обстановку.
- Это Джейкобс, сэр, - крикнул я в ответ. - Такое впечатление, что он
как будто отбивается от кого-то. Трудно разглядеть.
Стаббинс продвигался по пертам к наветренному концу рея, теперь он
держал фонарь над головой и вглядывался в темноту; я направился в ту же
сторону. Второй помощник догнал меня, но вместо того, чтобы перебраться
на перты, он забрался на рей и там остановился, ухватившись за растяжку.
Он закричал, чтобы кто-нибудь из нас передал ему наверх фонарь, что я и
сделал после того, как получил фонарь от Стаббинса. Помощник держал его
на вытянутой руке, так что фонарь осветил всю подветренную часть рея.
Свет рассеивал темноту лишь до того места, где Джейкобс вел свою стран-
ную борьбу. А дальше все оставалось неразличимым.
На передачу фонаря второму помощнику ушло несколько секунд. После
этого Стаббинс и я сразу двинулись к концу рея, перебираясь по пертам.
Мы медленно переставляли ноги; но хорошо еще, что мы вообще хоть что-то
делали; я бы даже осмелился назвать наши действия смелыми, принимая во
внимание те жуткие и мрачные обстоятельства, что сопутствовали им. Бо-
юсь, что мне не удастся подобрать нужные слова для того, чтобы описать
странную сцену, происходящую на рее. Может быть, вы сами сможете предс-
тавить ее. Второй помощник стоит, вытянув шею, на середине рея с фонарем
в руке, его тело раскачивается, следуя каждому крену корабля. Слева от
нас - Джейкобс, спятивший, дерущийся, ругающийся, задыхающийся, взываю-
щий к Богу; а за ним - только тени и ночная тьма.
Неожиданно второй помощник подал голос:
- Остановитесь на секунду!
Затем он закричал:
- Джейкобс! Джейкобс, ты слышишь меня?
Ответа не последовало, были слышны только непрекращающиеся проклятия
и прерывистое дыхание.
- Двигайтесь дальше, - приказал нам второй помощник. - Только осто-
рожно! Держитесь крепче!
Он поднял фонарь еще выше, и мы начали продвигаться к концу рея.
Добравшись до Джейкобса, Стаббинс успокаивающе дотронулся рукой до
его плеча.
- Ну успокойся, парень. Держись.
Почувствовав это прикосновение, парнишка сразу затих, и Стаббинс, вы-
тянув руку, ухватился за штаг с другой стороны от него.
- Возьми его со своей стороны, Джессоп! - прокричал он мне. - Я буду
держать отсюда.
Я так и сделал. Стаббинс же полез дальше вдоль рея.
- Здесь никого нет! - сообщил он; голос его не выражал ни малейшего
удивления.
- Что? - крикнул второй помощник. - Там никого нет? А где же тогда
Свенсен?
Я не расслышал ответ Стаббинса, так как в то мгновение мне вдруг по-
казалось, что на самом конце рея мелькнула какая-то тень. Я напряг зре-
ние. Тень встала в полный рост на рее, и я увидел, что это фигура чело-
века. Хватаясь руками за трос, она начала быстро карабкаться вверх. По-
виснув над головой Стаббинса, тень потянулась вниз едва различимой ру-
кой.
- Смотри, Стаббинс, берегись! - крикнул я.
- Что? - испугавшись, вскрикнул он.
В ту же секунду у него с головы сорвало фуражку и унесло в темноту.
- Чертов ветер! - выругался он.
Вдруг Джейкобс, который уже было успокоился, снова начал яростно во-
пить и дергаться.
- Крепче держи его! - заорал Стаббинс. - Сейчас он сорвется!
Я обхватил левой рукой тело матроса, а правой вцепился в перты. Затем
я посмотрел вверх. Мне показалось, что я заметил над нашими головами
что-то темное и бесформенное, оно быстро взбиралось по тросу.
Я услышал голос второго помощника:
- Держи его! Сейчас я принесу сезень. Через секунду раздался удар,
свет фонаря исчез. Темнота мгновенно сомкнулась над нами.
- Проклятье, чтоб этому парусу сгореть! - воскликнул второй помощник.
Мне пришлось сильно вывернуть шею, чтобы увидеть его. Его фигура
смутно вырисовывалась около мачты. Очевидно, как только он начал переле-
зать через леер, фонарь разбило обо что-то. Мой взгляд метнулся от него
к вантам, и мне снова показалось, что я различаю какую-то фигуру с раз-
мытыми очертаниями, крадущуюся в темноте, но уверенности у меня не было,
и в последующее мгновение фигура исчезла.
- Что-то не так, сэр? - прокричал я второму помощнику.
- Я уронил фонарь, - ответил он. - Чертов парус выбил его у меня из
рук!
- Ничего, сэр. Думаю, сможем обойтись и без фонаря, - ответил я. -
Джейкобс как будто отошел немного.
- Будьте поосторожнее, когда полезете обратно, - напутствовал он нас.
- Давай, Джейкобс, - сказал я. - Пора спускаться.
- Поехали, парень, - подхватил Стаббинс. - Теперь тебе нечего бо-
яться. Мы с тобой. - И мы повели его к мачте.
Джейкобс подчинился нам без всякого сопротивления, хотя и продолжал
хранить молчание. Он напоминал большого ребенка. Пару раз его передерну-
ло, точно от холода, но он не издал ни единого звука.
С нашей помощью он достиг вант. Затем мы начали медленный спуск вниз
- один из нас все время находился с Джейкобсом, а второй - чуть ниже. Мы
спускались очень медленно - так медленно, что второй помощник, который
задержался на минуту, чтобы принайтовить край паруса, почти у самой па-
лубы догнал нас.
- Отведите Джейкобса в кубрик и уложите в койку, - приказал он и ушел
на ют, где у двери пустой каюты собралась толпа матросов. Один из парней
держал фонарь.
Мы поспешили на бак и спустились в кубрик, где все было погружено во
мрак.
- Ребята все на юте с Джеком и Свенсеном. - Стаббинс замешкался перед
тем, как произнести второе имя.
- Значит, это был Свенсен, - тихо сказал я.
- Да, я почему-то так и думал, - произнес он.
Я переступил через высокий порог и зажег спичку. Стаббинс последовал
за мной, поддерживая Джейкобса, и мы вдвоем уложили парня на койку. Того
сильно трясло, и мы накрыли его одеялами, затем вышли на палубу. Нахо-
дясь в кубрике, мы не произнесли ни слова.
Когда мы шли на ют, Стаббинс заметил:
- Похоже, парень слегка помешался. Вид у него явно нездоровый.
- Может, к утру оклемается, - ответил я.
Мы добрались до юта, и Стаббинс заговорил снова:
- Их положили в запасной каюте второго помощника.
- Бедняги, не повезло ребятам, - сказал я.
Мы присоединились к остальным матросам, они расступились, давая нам
возможность подойти поближе к двери. Несколько человек негромко спроси-
ли, как дела у Джейкобса, и я ответил, что с ним все в порядке, не вда-
ваясь в подробности.
Оказавшись у двери, я заглянул в каюту. Горела лампа, и обстановка
каюты была хорошо видна. Там стояло две койки, на каждой лежало по чело-
веку. Прислонившись к переборке, стоял капитан. Вид у него был крайне
обеспокоенный, но он сохранял молчание, о чемто сосредоточенно думая.
Второй помощник, достав два флага, накрыл ими лежащие тела. Старпом
что-то говорил ему, но его голос звучал так тихо, что я смог уловить, да
и то с большим трудом, всего лишь несколько слов. Меня поразило его сос-
тояние - он был совершенно подавлен. Вот что я примерно услышал:
- ...Сломан... А голландец...
- Я видел его, - сказал коротко второй помощник.
- Двое, один за другим, - сказал старпом. - В целом трое...
Второй помощник ничего не ответил.
- Конечно, бывает... Несчастный случай... - продолжал старпом.
- Да, случай! - каким-то странным голосом повторил второй помощник.
Я видел, как старпом озадаченно взглянул на него, но второй помощник
в этот момент закрывал флагом лицо бедняги Джока и, похоже, не заметил
этого.
- Это... Это... - сказал старпом и замолчал.
Через пару секунд он добавил что-то еще - что именно я не расслышал,
но в тоне его голоса можно было уловить нотки замешательства.
Казалось, второй помощник не слушает его; по крайней мере, он ничего
не говорил в ответ. Наклонившись к нижней койке, он расправлял флаг на
теле Свенсона. В его движениях чувствовалась какая-то искренняя забота и
участие, и я как-то сразу потеплел к нему.
В какой-то момент я решился подать голос.
- Мы уложили Джейкобса в кубрике, сэр, - доложил я.
Старпом буквально подпрыгнул на месте от неожиданности, быстро повер-
нулся и уставился на меня, словно я был призрак. Второй помощник тоже
повернул голову, и только я открыл рот, намереваясь справиться о
дальнейших указаниях как в мою сторону сделал шаг капитан.
- Как он себя чувствует? - спросил он.
- Нормально, сэр, - сказал я. - Ведет-то он себя, конечно, немного
странно, но, думаю, после сна ему станет значительно лучше.
- Искренне надеюсь на это, - ответил он и вышел на палубу.
Второй помощник отошел от коек и встал около лампы. Старпом, бросив
на него быстрый взгляд, покинул каюту следом за капитаном. Меня в тот
момент озарила догадка - похоже, старпом начал что-то понимать. Один
несчастный случай и тут же - другой! Было ясно, что он заметил логичес-
кую связь между ними. Я восстановил в памяти обрывки фраз его разговора
со вторым помощником, а затем припомнил те многочисленные мелкие проис-
шествия, случившиеся на корабле в разное время, - старпом тогда только
посмеивался над ними. Я пытался понять: уж не начал ли он наконец пони-
мать их серьезность и их зловещий, ужасный смысл...
"Так-то, мистер Насмешник, - подумал я про себя. - Теперь и вам будет
несладко, коли вы задумались об этом".
Мои мысли в одно мгновение переключились на неясные и пугающие перс-
пективы, ожидавшие нас. Я пробормотал:
- Помоги нам Бог!
Второй помощник, оглядев каюту, прикрутят фитиль лампы, вышел на па-
лубу и закрыл за собой дверь. Он обратился к матросам из вахты старпома:
- Давайте, ребята, отправляйтесь на бак. Мы сделали все, что могли,
теперь вам лучше поспать часок-другой.
- Слушаюсь, слушаюсь, сэр, - ответили они нестройным хором.
Затем, когда все уже повернулись, чтобы идти в кубрик, он спросил,
сменили ли впередсмотрящего.
- Нет, сэр, - ответил Квойн.
- Это твой пост? - спросил второй помощник.
- Да, сэр, - ответил Квойн.
- Быстро смени его, пусть отдыхает, - приказал помощник.
- Слушаюсь, сэр, - ответил матрос и пошел на бак вместе с остальными.
По дороге я спросил у Пламмера:
- Кто стоит на руле?
- Том, - ответил он.
В это время упало несколько дождевых капель, и я взглянул на небо.
Оно было затянуто тучами.
- Похоже, ветер скоро разгуляется, - заметил я.
- Да, - согласился он, - Придется, видимо, убирать паруса.
Матрос, который нес фонарь, вошел в кубрик, мы последовали за ним.
- А где второй фонарь, с нашей переборки? - спросил Пламмер.
- Разбился наверху, - ответил Стаббинс.
- Как это случилось? - поинтересовался Пламмер.
Стаббинс предпочел промолчать, и я ответил:
- Второй помощник выронил его. То ли парус ударил ему по руке, то ли
еще что, точно не знаю.
Спать, похоже, никому не хотелось; все расселись по своим койкам и
сундучкам. Последовало общее раскуривание трубок, и вдруг с одной из ко-
ек в передней части кубрика раздался стон.
- Что это? - спросил один из матросов.
- Тс-с! - сказал Стаббинс. - Это он.
- Кто? - спросил Пламмер. - Джейкобс?
- Да, - ответил я. - Бедняга!
- Расскажите-ка нам, что там наверху происходило, - попросил Пламмер,
мотнув головой в сторону бомбрам-стеньги.
Прежде чем я успел что-то сказать, Стаббинс вскочил со своего сундуч-
ка.
- Второй помощник свистит! - сказал он. - Пошли, ребята. - И он выбе-
жал на палубу.
Пламмер, Джаскетт и я быстро последовали за ним. Снаружи уже лил до-
вольно сильный дождь. Мы услышали голос второго помощника:
- Все на гитовы и гордени, выбирать грот-трюмсель! - кричал он, пе-
рекрывая шум ветра.
В следующее мгновение раздались гулкие хлопки паруса.
Через несколько минут грот-трюмсель был убран, и второй помощник ско-
мандовал:
- Двое парней, быстро наверх, сверните его и принайтовьте к рею.
Я направился к вантам правого борта, но потом остановился. Все оста-
вались на своих местах.
Второй помощник подошел к нам и сказал:
- Давайте, ребята. Двигайтесь. Надо закончить работу.
- Я полезу, - вызвался я. - Но одному мне не справиться.
Однако никто по-прежнему не выражал ни малейшего желания присоеди-
ниться ко мне. Все молчали.
Тамми подошел и встал рядом со мной.
- Я пойду, - произнес он, заметно нервничая.
- Нет, ради всего святого! - сказал резко второй помощник. Он сам
прыгнул на ванты грот-мачты. - Пошли. Джессоп!
Я последовал за ним; при этом я был крайне удивлен тем, что он не
устроил матросам разнос. Мне тогда не пришло в голову, что, по-видимому,
он делал скидку на последние события.
Почти в ту же секунду, как я последовал за вторым помощником, Стаб-
бинс, Пламмер и Джаскетт втроем кинулись догонять нас.
На полпути к марсу второй помощник остановился и посмотрел вниз.
- Кто это лезет следом за нами? - спросил он.
Прежде чем я успел ответить, Стаббинс подал голос:
- Это я, сэр, а со мной Пламмер и Джаскетт.
- Какого дьявола! Никто не приказывал вам лезть на мачту сейчас.
Спускайтесь вниз, все трое!
- Мы решили составить вам компанию, сэр, - был ответ Стаббинса.
Я был абсолютно уверен, что после подобного заявления второй помощник
сорвется на крик; однако уже второй раз за последние несколько минут я
ошибся. Вместо того чтобы обругать Стаббинса, он помедлил секунду и, не
произнеся ни слова, снова полез вверх; остальные двинулись следом. Мы
добрались до бом-брам-рея и быстро сделали всю необходимую работу. Когда
мы уже спускались по вантам, я заметил, что помощник капитана задержался
на рее. Очевидно, он решил спровоцировать возможную опасность. Я, прояв-
ляя предосторожность, постарался держаться поближе к нему - так, чтобы,
если что-нибудь случится, успеть на помощь, и мы без происшествий добра-
лись до палубы. Я сказал "без происшествий", хотя это, наверное, не сов-
сем так, потому что, когда второй помощник перебирался через салинг, я
услышал его короткий резкий крик.
- В чем дело, сэр? - спросил я.
- Все в порядке! - сказал он. - Порядок! Коленом ударился.
Теперь мне кажется, что он солгал, потому что до конца нашей вахты
мне предстояло еще несколько раз услышать, как матросы вскрикивали точно
таким образом и, видит Бог, за всем этим что-то крылось.

ГЛАВА 10
УДАРЫ ИЗ ТЕМНОТЫ

Едва мы спустились на палубу, как второй помощник отдал приказ:
- На гитовы бизань-мачты! Спускать крюсс-бомбрамсель!
Сам он направился на ют, где первым взялся за канат, приготовившись
убавить паруса. Направляясь к гитову по правому борту, я заметил появив-
шегося на палубе капитана, а чуть позже услышал, как он отдает второму
помощнику команду:
- Свистать всех наверх, убавить паруса!
- Слушаюсь, сэр, - откликнулся второй помощник и, уже обращаясь ко
мне, сказал. - Джессоп, бегом на бак, зови всех сюда.
- Есть, сэр! - крикнул я в ответ и побежал на нос.
Убегая, я услышал, как он приказывает Тамми спуститься в каюту и поз-
вать старпома.
Добежав до кубрика, я открыл дверь и увидел, что часть матросов соби-
рается укладываться по койкам. Я крикнул:
- Всем наверх, убавляем паруса!
Я переступил через порог. Один из матросов проворчал:
- Так я и знал!
- Надеюсь, они не думают, что кто-то полезет на реи после того, что
сегодня случилось, - сказал второй.
- Мы уже лазили на грот-мачту, - ответил я. - Кстати, второй помощник
лазил с нами.
- Не может быть! - воскликнул первый матрос.
- Может, - ответил я. - Вся вахта лазила, черт возьми.
- Ну, и как там? - спросил он.
- Никак, - сказал я. - Ничего страшного. Сползали туда-сюда, размя-
лись, вот и все дела.
Второй матрос заметил:
- Все равно, что-то не испытываю особого желания лезть наверх.
- Ну, да дело не в желании, - ответил я. - Надо спустить парус на би-
зани - иначе будут неприятности. Барометр падает.
- Пошли, ребята. Приказ есть приказ, - подал голос один из матросов
постарше, поднимаясь с сундучка. - Как там с погодой, приятель?
- Дождь, - ответил я. - Захватите плащи.
Я помедлил секунду, прежде чем выйти на палубу. Мне показалось, что с
одной из коек в передней части кубрика донесся стон.
"Бедняга!" - подумал я.
На что тот пожилой матрос, который спрашивал про погоду, явно прев-
ратно истолковав мое поведение, довольно раздраженно сказал:
- Все будет в порядке, приятель. Не надо ждать нас. Мы через минуту
будем.
- Не обращай внимания, я думал совсем о другом, - ответил я и подошел
к койке Джейкобса. Джейкобс за несколько дней до этого смастерил для
своей раздвижные занавески, выкроив их из старого мешка; теперь их ктото
задернул, и мне, чтобы взглянуть на парня, пришлось раздвинуть их. Он
лежал на спине; дышал прерывисто точно задыхался. Я не мог ясно разли-
чить его лицо, но мне оно показалось в полутьме очень бледным.
- Джейкобс, - позвал я. - Джейкобс, как ты?
Ответа не последовало. Более того, я даже не знал, слышал ли он меня.
Поэтому, немного постояв у койки, я снова задвинул занавески, оставляя
его в покое.
- Как он? - спросил один из парней.
- Выглядит плохо, - ответил я, направляясь к двери. - Очень плохо.
Наверно, нужно позвать стюарда, пусть посмотрит парня. Я скажу второму
помощнику.
Я выбрался на палубу и побежал на ют, чтобы помочь убирать паруса. Мы
спустили верхний парус на бизани, а затем перешли на нос, чтобы заняться
верхним фор-брамселем. Минутой позже на палубе появились вахтенные из
смены старпома, они занялись парусами гротмачты.
К моменту, как было поначалу с грот-трюмселем, мы уже убрали свой па-
рус, так что теперь все три паруса на брам-стеньгах были спущены и оста-
валось только принайтовить их к реям. Был отдан приказ:
- Всем на рее - крепить паруса!
- На ванты, ребята, - сказал второй помощник. - И чтобы на этот раз
никаких задержек!
Я бросил взгляд в сторону кормы: похоже, матросы из вахты старпома не
торопились выполнять приказ, но было слишком темно, и я толком не мог
разглядеть. Я услышал, как старпом начал было ругаться, последовал недо-
вольный ропот, и он замолчал.
- Побыстрее, парни! Шевелись! - прокричал второй помощник.
Следуя приказанию, Стаббинс прыгнул на ванты.
- За мной! - крикнул он. - Быстро приладим этот чертов парус и сразу
назад, пока те копаются!
Пламмер последовал за ним, затем Джаскетт, я и Квойн, которого сняли
с поста впередсмотрящего, чтобы он помог управиться с парусами.
- Приятно смотреть, ребята! - прокричал второй помощник, подбадривая
нас. Затем он побежал в сторону кормы к вахтенным старпома. Я слышал,
как он вместе со старпомом разговаривал с моряками, и вскоре, когда мы
достигли марса, те тоже начали забираться на ванты; я видел в темноте их
фигуры.
Позже я узнал, что, отправив их наверх, второй помощник сразу побежал
на ют и полез на брам-стеньгу бизань-мачты вместе с четырьмя практикан-
тами.
Что касается нас, то мы медленно взбирались на реи, и каждый молча
молился, за себя и за корабль. Таким образом мы достигли салинга - по
крайне мере, Стаббинс, шедший впереди, был уже там, как вдруг он вскрик-
нул и секундой позже, повернув голову, обрушил град проклятий в адрес
Пламмера.
- Ты чуть не сдернул меня вниз, идиот! Я едва не сорвался! - кричал
Стаббинс. - Если тебе хочется пошутить, делай это на ком-нибудь друго
м...
- Я ничего тебе не делал! - оборвал его Пламмер. - Я не дотрагивался
до тебя. На кого ты орешь?
Я успел услышать, как тот ответил:
- На тебя!..
Все остальное, что он говорил, заглушили громкие вопли Пламмера. Я
прокричал:
- Что случилось, Пламмер? Ради всех святых, только без драки, ребята,
не хватало нам всем сорваться вниз!
Ответом была только громкая ругань и испуганные крики. Пламмер заво-
пил еще громче. В короткие паузы между его воплями я слышал голос изры-
гающего проклятья Стаббинса.
- Они сейчас поубивают друг друга! - прокричал я в растерянности и
схватил Джаскетта за ботинок.
- Что они делают? Что они делают? - кричал я. - Тебе видно? - Я дер-
нул его за ногу. Почувствовав мое прикосновение, этот старый идиот -
именно таковым он казался мне в тот момент - начал визгливо кричать:
- Нет, не надо! Помогите!
- Заткнись! - рассвирепел я. - Заткнись, идиот! Или двигайся выше,
или пропусти меня!
А Джаскетт на все мои проклятия отвечал лишь еще более истошным кри-
ком. А затем до моего слуха донесся гомон сразу многих испуганных голо-
сов, они раздавались где-то в стороне и чуть ниже нас, в районе гротмар-
са - проклятия, крики ужаса, даже пронзительный визг, но все перекрывал
чей-то голос, приказывающий всем спускаться на палубу:
- Спускайтесь! Спускайтесь! Все вниз! Вниз! Черт... - Остальное пото-
нуло в новом взрыве отчаянных воплей.
Я попытался пробраться наверх мимо Джаскетта, но старик вцепился в
ванты мертвой хваткой, буквально распростерся на них - лучше слова, по-
жалуй и не подыскать для описания его позы. Над нами Стаббинс и Пламмер
продолжали ругаться и кричать, ванты ходили ходуном, как будто те двое
затеяли меж собой ожесточенную драку.
Осознавая свою беспомощность, я разозлился и стал трясти и подталки-
вать Джаскетта, заставляя его сдвинуться с места.
- Джаскетт, черт тебя побери! - взревел я. - Черт тебя побери, старый
трусливый осел! Дай мне пройти! Дай пройти, идиот!
Однако, вместо того чтобы дать мне дорогу, он начал спускаться. Видя
такое дело, я ухватился правой рукой за его брючину чуть ниже "кормы", а
левой дотянулся до перекладины над его левым бедром; можно сказать, я
оседлал старика. Потом я вытянул правую руку и взялся за перекладину над
его правым плечом; крепко вцепившись в нее, я подтащил и левую руку; в
то же время я смог поставить ногу на выбленку, что дало мне хорошую опо-
ру для дальнейшего подъема. Задержавшись на секунду, я взглянул вверх и
позвал:
- Стаббинс! Стаббинс! Пламмер! Пламмер!
И в этот самый момент, когда я выкрикивал их имена, нога Пламмера,
появившись из темноты, опустилась прямо мне на голову. Мне пришлось раз-
жать правую руку и выпустить перекладину. Потом я изо всех сил ударил
Пламмера по ноге, ругая его за неуклюжесть. Он отдернул ногу, и в то са-
мое мгновение одна из фраз, которые выкрикивал Стаббинс, с поразительной
четкостью всплыла в моем сознании: "Ради всех святых, скажи им, пусть
спускаются на палубу!"
Мне вспомнились эти слова и в ту же секунду что-то уцепилось в темно-
те за мой пояс. Я ухватился в панике за ванты правой свободной рукой и
сделал это очень своевременно, поскольку уже в следующее мгновение меня
рвануло в пустоту со зверской жестокостью, вселившей в меня ужас. Я сжал
зубы и левой ногой пнул в темноту. Не буду утверждать, что мой удар дос-
тиг какой-то цели; так же, как и скрывать того, что я просто обезумел в
ту минуту от страха; и все же, пусть это покажется стран ним, но у меня
тогда было такое ощущение, что мой ботинок попал во что-то мягкое, под-
давшееся под ударом. Возможно, это ощущение было порождением моей фанта-
зии; однако я склонен думать иначе, поскольку мое тело сразу освободи-
лось от захвата и я устремился вниз, с бешеной скоростью, перехватывая
руками перекладины.
У меня сохранились очень смутные воспоминания о том, что было дальше.
То ли я соскользнул по спине Дэскетта, то ли он уступил мне дорогу, не
могу сказать. Знаю только, что я благополучно добрался до палубы и, ох-
ваченный слепым страхом, присоединился к толпе вопящих и полуобезумевших
от ужаса матросов.

ГЛАВА 11
ПОИСКИ СТАББИНСА

Капитан и его помощники находились там же в толпе, пытаясь хоть
как-то успокоить нас. В конце концов это им удалось, и нам было приказа-
но идти на корму в кают-компанию, куда мы все и направились. Там капитан
лично выдал каждому добрую порцию рома. Затем по его приказу второй по-
мощник сделал общую перекличку.
Сначала он зачитал список вахтенных из смены старпома; все были на
месте. Потом он перешел к нам; должно быть, он сильно нервничал, так как
первым он выкрикнул имя Джока.
На секунду среди нас воцарилась мертвая тишина, и я услышал вой и
стоны ветра над реями и звучное хлопанье трех незакрепленных парусов на
брам-стеньгах.
Второй помощник торопливо выкликнул следующее имя:
- Джаскетт.
- Здесь, - ответил тот.
- Квийн.
- Здесь, сэр.
- Джессоп.
- Здесь, - ответил я.
- Стаббинс.
Ответа не последовало.
- Стаббинс, - повторил второй помощник.
И снова - тишина.
- Стаббинс здесь? Кто знает? - В голосе второго помощника чувствова-
лась заметная тревога.
С минуту длилось молчание, затем один из матросов ответил:
- Его здесь нет, сэр.
- Кто последний видел его? - спросил второй помощник.
Пламмер выступил вперед в пятно света, падающего из двери кают-компа-
нии. Он был в рваной рубахе, на нем не было ни куртки, ни фуражки.
- Я, сэр, - сказал он.
Капитан, стоявший рядом со вторым помощником, сделал шаг в его сторо-
ну и остановился, разглядывая матроса; но первым заговорил не он, а вто-
рой помощник.
- Где? - спросил он.
- Он был прямо надо мной, на салинге, когда... когда... - Матрос
умолк.
- Ясно! - коротко сказал второй помощник и, повернувшись, обратился к
капитану: - Придется послать кого-то наверх, сэр, надо искать...
- Но... - начал было капитан, но тут же замолчал.
- Я полезу первым, сэр, - тихо произнес второй помощник.
Он снова повернулся к нам и приказал:
- Тамми, принеси пару фонарей из рундука.
- Слушаюсь, сэр, - ответил Тамми и бросился выполнять приказание.
- Итак, - продолжил второй помощник, - нужны двое, чтобы подняться
вместе со мной на мачту и поискать там Стаббинса.
Никто не откликнулся. В других обстоятельствах я бы вызвался с охо-
той, но воспоминания о тех ужасных руках, схвативших меня в темноте, ли-
шили меня всякого мужества.
- Ну что ж вы, парни! - взывал к нам второй помощник. - Нельзя же ос-
тавлять его там. Ну, кто со мной?
И я выступил вперед. Мне не стало менее страшно, но невыносимый стыд
жег меня; я не мог больше оставаться в стороне.
- Я с вами, сэр, - сказал я не очень громко, чувствуя, как меня бук-
вально скручивает от нервного напряжения.
- Отлично, Джессоп! - отозвался он на мои слова, и мне стало чертовс-
ки приятно за свой поступок.
Тут подошел Тамми с лампами. Второй помощник взял одну лампу сам, а
вторую велел отдать мне. Потом он поднял свою лампу над головой и огля-
дел толпу охваченных нерешительностью матросов.
- Ну, ребята! - обратился он. - Разве вы допустите, чтобы Джессоп и я
лезли туда вдвоем? Смелее, нужно еще пару человек! Черт подери, неужели
в команде одни трусы!
Квойн сделал шаг вперед.
- Не знаю, сэр, кто тут смельчак, а кто трус, но посмотрите на Плам-
мера, - сказал он, показывая на матроса, который продолжал стоять, осве-
щенный льющимся из кают-компании светом. - Кто его так отделал, сэр? Что
вы на это скажете? И после этого вы хотите, чтобы мы лезли на реи!
Второй помощник посмотрел на Пламмера, и, должен сказать, бедняга
действительно представлял собой довольно жалкое зрелище: сквозняк, иду-
щий из дверного проема, развевал полы его разодранной рубахи.
Установившееся было молчание неожиданно нарушил сам Пламмер.
- Я пойду с вами, сэр, - сказал он. - Только надо взять побольше фо-
нарей, одних этих ламп не хватит. Нужно как можно больше света, иначе
все будет впустую.
У парня имелось мужество. Я был крайне удивлен тем, что он вызвался
идти с нами после того, что испытал на себе. Однако мое удивление стало
еще сильнее, когда капитан, проронивший за все это время не больше двух-
трех слов, вдруг сделал шаг вперед и, положив руку на плечо второго по-
мощника, произнес:
- Я тоже иду с вами, мистер Тулипсон.
Второй помощник повернул голову и несколько секунд удивленно смотрел
на него. Затем он пришел в себя и сказал:
- Нет, сэр, я не думаю, что...
- Отставить, мистер Тулипсон, - оборвал его Старик. - Здесь я прини-
маю решения.
Он обратился к стоявшему рядом старпому:
- Мистер Грейндж, возьмите с собой двух практикантов и принесите сни-
зу ящик фальшфейеров и сигнальных патронов.
Старпом что-то сказал в ответ и скрылся в кают-компании с двумя прак-
тикантами из своей вахты. Затем Старик обратился к матросам:
- Послушайте, парни! Сейчас нам всем не до шуток. Второй помощник и я
идем наверх, и мне необходимо с полдюжины матросов, которые пойдут с на-
ми и будут освещать дорогу. Двое - Пламмер и Джессоп - вызвались добро-
вольно. Еще нужно четыре или пять человек. Кто согласен, делает шаг впе-
ред!
На этот раз матросы не заставили себя долго упрашивать, и первым, кто
вышел вперед, был Квойн. За ним последовали трое парней из вахты старпо-
ма, а затем - старина Джаскетт.
- Хватит! Больше не надо! - сказал капитан и, обратившись ко второму
помощнику, раздраженно спросил:
- Где мистер Грейндж? Почему он так долго?
- Я здесь, сэр, - раздался голос появившегося в дверях кают-компании
старпома. У него в руках был ящик фальшфейеров; показавшиеся за его спи-
ной двое практикантов несли осветительные патроны.
Капитан забрал у старпома ящик и быстрым движением открыл его.
- Кто-нибудь, подойдите сюда! - приказал он.
Один из матросов старпомовской вахты подбежал к нему.
Капитан достал из ящика несколько фальшфейеров и передал матросу.
- Слушай внимательно, - сказал он. - Когда поднимемся наверх, ты за-
берешься под клотик фок-мачты и будешь зажигать фальшфейеры один за дру-
гим, чтобы все время был свет, понял?
- Да, сэр, - ответил матрос.
- Знаешь, как их зажигать? - спросил коротко капитан.


 
Rambler's Top100 Армения Точка Ру - каталог армянских ресурсов в RuNet Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. Russian Network USA