Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
Арушановец Рихард Зорге
 
Рихард Зорге родился (больницa поселка Сабунчи) 22 сентября (4 октября) 1895 года в Баку на Арашановке, умер - 7 ноября 1944 года в Токио. советский разведчик, журналист, Герой Советского Союза (5.11.1964, посмертно). Член КПСС с 1925. Его отец, Герман Адольф Рихард Курт Зорге, работал техником на нефтяных промыслах в Баку, в Балаханах. Затем, сколотив капитал, он стал владельцем небольшого чугунолитейного и механического завода. Затем он женился на русской девушке Нине Семеновне Кобелевой и поселился в двухэтажном доме в Сабунчах, в виду беременности жены и загрязненности окружающей среды переехал из пригорода в город Баку, в один из домов прославленной Арушановке. Раннее детство будущего героя проходило в специфической среде этого конгломерата рыцарей чести и бандитов, революционеров и анархистов.







Родился в семье техника нефтяного промысла, внук ученика и соратника К. Маркса и ф. Энгельса Ф. Зорге. В начале 20 в. семья Зорге вернулась из России в Германию (.скопивший состояние отец Зорге уехал с семьей) Зорге окончил повышенную Среднюю школу, рано увлекся историей, философией, политикой. В 1914 ушел добровольцем на фронт , участвовал в 1-й мировой войне 1914-18. В 1916 ранен, в госпитале сблизился с левыми социалистами. В 1917-19 член Независимой социал-демократической партии, с 1919 член Коммунистической партии Германии. Был пропагандистом в Вуппертале и Франкфурте-на-Майне, редактировал партийную газету в Золингене. В 1924 приехал в СССР, работал в советских учреждениях. Находясь в 30-40-х гг. в Германии, Японии и других странах, благодаря выдающимся личным качествам и большому труду добывал в течение длительного времени очень ценную для СССР информацию. Одним из первых сообщил сравнительно точные данные о количестве немецких дивизий, сосредоточенных летом 1941 на границах СССР, дату вражеского вторжения и общую схему плана военных действий немецко-фашистских войск. В октябре 1941 был арестован японской полицией, в сентябре 1943 приговорён к смертной казни, а через год повешен. Похоронен в Токио.
18 октября 1941 года Зорге был арестован японской полицией.
Отношение к Зорге Сталина и руководства советской разведки, а также тот факт, что после ареста Зорге с советской стороны не было даже попыток его освободить, наталкивает на мысль, что он стал больше не нужен советскому руководству и его просто - напросто "сдали" японским властям. Сразу же после ареста Зорге в России была арестована его жена: она была сослана в район Красноярска, где погибла в 1943 году.
Следствие по делу Рамзая тянулось почти два года. Несмотря на требования немецкого правительства выдать Зорге и его радиста Клаузена, японцы этого не сделали. Они предпочли сами провести расследование, и 29 сентября 1943 года Токийский районный суд вынес советскому разведчику смертный приговор. Но еще целый год Зорге находился в тюрьме в ожидании казни.
В ходе следствия Зорге нередко подвергали жестоким пыткам, чтобы добиться признания им своей вины. Однако и во время следствия, и на суде он неоднократно заявлял, что не признает себя виновным. "Ни один из японских законов нами нарушен не был. Я уже объяснял мотивы своих поступков. Они являются логичным следствием всей моей жизни. Вы хотите доказать, что вся моя жизнь стояла и стоит вне закона. Какого закона? Октябрьская революция указала мне путь, которым должно идти международное рабочее движение. Я тогда принял решение поддерживать мировое коммунистическое движение не только теоретически и идеологически, но и действенно, практически в нем участвовать. Все, что я предпринимал в жизни, тот путь, которым я шел, был обусловлен тем решением, которое я принял двадцать пять лет назад. Происходящая германо - советская война еще больше укрепила меня в правильности того коммунистического пути, который я избрал. Я об этом заявляю с полным учетом того, что со мной произошло за двадцать пять лет моей борьбы, в частности и с учетом того, что со мной произошло 18 октября 1941 года..." После суда Зорге подал апелляцию в Верховный суд, но ее довольно скоро отклонили. День казни в приговоре не был указан.
В тюрьме у Зорге невероятно обострился слух, и он мог слышать, несмотря на мощную стену, репродуктор, находившийся где - то в городе. Таким образом, он получал какие - то новости из внешнего мира. К тому же ему симпатизировал японский переводчик, приставленный официально во время суда (Зорге скрывал, что знает япон - ский язык), и тоже сообщал последние новости. Зорге, конечно, понимал, что в итоге победа будет за странами антигитлеровской коалиции, однако конца войны он не дождался. 7 ноября (этот день - официальный советский праздник - очевидно, был выбран специально) 1944 года около 10 часов утра за ним пришли.
Вошедший в камеру начальник тюрьмы Ичидзима сказал: "Сегодня ваш праздник. Надеюсь, вы умрете спокойно", - и затем спросил, не хочет ли Зорге добавить что - либо к своему завещанию.
"Мое завещание останется таким, каким я его написал".
"Имеете ли вы что - нибудь еще сказать?" "Да, имею. Вы правы, господин начальник тюрьмы: сегодня у меня праздник. Великий праздник - двадцать седьмая годовщина Октябрьской социалистической революции. Я хочу добавить несколько слов к своему завещанию. Передайте живым: Зорге умер со словами:" Да здравствует Советский Союз, да здравствует Красная Армия! "Согласно ритуалу при казни присутствовал буддийский священник. Он должен был прочитать молитву у тюремного алтаря. Но, повернувшись к священнику, Зорге учтиво произнес:" Я благодарю вас за вашу любезность. Ваши услуги не понадобятся. Я готов ".
Зорге провели через тюремный двор к железобетонной камере, где происходили казни. Он встал на крышку люка и сам надел на шею петлю.
В 10.20 люк под Рихардом Зорге провалился.
Бесстрастный медицинский протокол, составленный тюремным врачом, зафиксировал такую подробность: после того, как Зорге сняли с виселицы, сердце его билось еще 8 минут.












Новый японский фильм напомнил о "белых пятнах" в истории легендарного советского разведчика [ 15:31 17.07.03 ]
http://www.izvestia.ru/life/article36216

...Перед арестом в октябре 1941 года Рихард Зорге, говорят, дошел до предела нервного истощения. По словам близко знавших его людей, он заболел странным изматывающим гриппом, очень похожим на глубокий психический срыв, а своими безрассудными поступками, приступами ярости и откровенности на грани саморазоблачения ввергал в изумление верхушку германского посольства в Токио. Штирлиц, конечно, мог легко привести себя в форму, поспав полчаса в служебном "Мерседесе". Но Зорге, один из самых результативных разведчиков минувшего века, после восьми лет изматывающей работы в Японии был вынужден глушить себя нараставшими дозами алкоголя, а мучительное одиночество так и не сумел скрасить легкими победами над женщинами...

Впрочем, создатели идущего сейчас в Токио боевика "Шпион Зорге" сознательно решили погрешить против истины: в момент ареста герой чертовски элегантен, гладко выбрит, подтянут и самоуверен. Японская группа захвата даже вынуждена топтаться у дома разведчика, ожидая, пока его покинет шикарная блондинка на открытом авто с дипномерами. В этом, конечно, есть доля истины - по материалам следствия, к Зорге в ночь ареста действительно кто-то приезжал на машине, однако вряд ли измученному разведчику было тогда до амурных утех. Но японские авторы фильма не могли иначе: им так нравится советский шпион, что просто нет сил изображать его некрасиво. Да и задача ленты вовсе не в том, чтобы покопаться в глубинах психологии немецкого коммуниста и сотрудника Разведупра Генштаба Красной Армии, который, как многие считают, своими последними донесениями изменил ход Второй мировой войны.

Трагедия идеалистов

Режиссер фильма - ветеран японской кинематографии Масахиро Синода ("Серебряный медведь" Берлинского кинофестиваля 1986 года) - охотно рассказывает, что в свое время случайно прочитал перевод вполне легальной статьи корреспондента германской газеты "Франкфуртер цайтунг" Рихарда Зорге с анализом ситуации после неудавшегося путча радикальных офицеров в Токио в 1936 году. Кинематографист был потрясен точностью оценок, прогноза и глубиной знаний человека, которого он привык считать лишь хитрым типом, воровавшим для Сталина секретные документы. Именно тогда, говорит Синода, родилась идея: показать Японию и то, что с ней происходило накануне и в самом начале Второй мировой войны, глазами проницательного разведчика-аналитика.

"Я хотел просто поставить у него за спиной камеру и дальше пустить все на самотек - Зорге сам всегда оказывался в нужном месте в нужное время, ничего не нужно и выдумывать, - уверяет режиссер. - А его статьи и донесения вместе складываются в лучшее исследование ситуации в Японии в первой половине ХХ века".

Советский разведчик и его агенты в глазах режиссера - группа азартных, но честных романтиков, которых он не считает шпионами в обычном смысле слова. "Никто из тех, кто помогал Зорге в Японии, ни разу не просил денег, - не устает разъяснять Синода. - По нынешним меркам, они скорее похожи на какую-то неправительственную организацию, бескорыстно работающую во имя достижения идеала". По мнению Синоды, добровольные бойцы интернациональной разведгруппы, вошедшей в историю своими радиопозывными "Рамзай", искренне верили в достижение социальной справедливости в коммунистическом варианте и боролись в первую очередь за то, чтобы предотвратить войну между Японией и Советским Союзом. Тема Зорге для режиссера -- это трагедия идеалиста, вынужденного работать на беспощадный и подозрительный сталинский СССР, где его донесения временами считали дезой, а любимую женщину Катю Максимову отправили в сибирскую ссылку на смерть.

Под звуки "Сулико"

Первый вариант сценария Синода начал писать еще в начале 80-х, но до конца не верил в то, что замысел удастся реализовать. Японский кинематограф - не Голливуд, история Зорге - не "Матрица", рассчитывать на колоссальные деньги для воссоздания в правдоподобных декорациях Токио, Шанхая и Берлина 30-40-х годов не приходилось. А в столице Японии, на беду режиссера, почти не осталось довоенных зданий - все было превращено в щебень во время американских ковровых бомбардировок в конце войны. Однако палочка-выручалочка явилась в конце 90-х - в виде технологий компьютерной графики и цифровой камеры "Эйч-ди-24-пи" компании "Сони", с помощью которой была снята, кстати, последняя серия "Звездных войн".

Работа над "Шпионом Зорге" началась в 2001 году с огромным для Японии, но вовсе не потрясающим воображение бюджетом в 17 млн долларов. Съемки велись в тридцати различных местах, в том числе в Берлине и Китае. К массовкам (например, сцене разгона антияпонской демонстрации в иностранном сеттльменте Шанхая) привлекалось разом до 500 человек. В фильме есть графические удачи: например, я ахнул, увидев воссозданную компьютером панораму вечернего Токио 1941 года - без привычных небоскребов и эстакад скоростных дорог, с низенькими домиками и невидимыми сейчас сопками вокруг. Есть и явные свидетельства недостатка денег и умения: попытки "врисовать" линкоры великих держав в акваторию нынешнего Шанхайского порта выглядят явной мультипликацией.

При желании можно найти и другие ляпы - отечественное ухо, скажем, мучает то, что рассказ о бакинском детстве Зорге идет под неуместную в Азербайджане мелодию "Сулико". Не удалось избежать и привычных нелепостей при показе советской жизни: кители руководителей Генштаба РККА увешаны гирляндами опереточных орденов, тюрьма НКВД для пущего ужаса изображена в стиле средневековых пыточных, а арест жены Зорге Кати Максимовой напоминает налет шпаны на пивную палатку. Фильм временами превращается в краткий курс всемирной истории первой половины прошлого века: без этого японский зритель просто не поймет, о чем толкуют авторы ленты.

Зато замечателен британский актер Иэн Глен в главной роли: он действительно похож на того Зорге, которого сохранили немногочисленные фотографии. Удача фильма - неизвестный в России, но крайне популярный в Японии Масахиро Мотоки, играющий главного информатора советского разведчика - элитарного журналиста и правительственного советника Одзаки, который с самурайским фатализмом идет к неминуемой гибели во имя долга беспартийного коммуниста.

В истории работы и гибели Зорге авторы стараются следовать только более-менее установленным фактам, опасаясь скандальных версий. Да, советский разведчик после успешной миссии в Шанхае создал в Японии на пустом месте эффективную сеть сбора информации. Да, благодаря дружеским отношениям с германским послом он имел доступ к самым секретным документам, касающимся оси Берлин-Токио. Именно Зорге с помощью Одзаки передал в Центр уникальную информацию о том, что Япония не вступит в войну против СССР в 1941 году. По мнению многих экспертов, это дало Сталину возможность перебросить с Дальнего Востока сибирские дивизии под Москву и тем самым спасти столицу. После этого измотанный Зорге считал свою задачу выполненной и составил шифровку с просьбой о переводе на фронт или на разведработу в Германию. Но был арестован, дал подробные показания "в пределах возможного" и встретил смерть на виселице в годовщину Октябрьской революции - 7 ноября 1943 года - как "агент Коминтерна" (японцы до конца не хотели называть его "советским шпионом", чтобы не портить отношения с СССР). В фильме в соответствии со свидетельствами очевидцев без патетики показано, как Зорге до конца сохранял самообладание и верность своей миссии: например, открыто радовался, узнав от японского следователя о победе под Сталинградом.

Был ли виноват товарищ Ито?

Однако только установленные факты, увы, не дают ответа на самые больные вопросы. Например, авторы ленты так и не посмели высказать свое мнение о том, как японская контрразведка вышла на группу "Рамзай". Сподвижник Зорге, художник Мияги, который создал на военных заводах и в вооруженных силах собственную сеть информаторов и потом погиб под пытками в тюрьме, в фильме лишь вскользь сетует, что с какого-то времени стал чувствовать за собой слежку.

После войны с легкой руки американцев устоялась версия о том, что советских разведчиков выдал один из руководителей подпольной Компартии Японии - Рицу Ито. Попав в руки полиции, как считалось, он не выдержал допросов и вывел охранку на одного из известных ему агентов из сети "Рамзай". Затем была раскручена вся цепочка, включая самого Зорге. В эту версию верило даже послевоенное руководство японских коммунистов и просило руководство КНР, куда бежал Рицу Ито, "казнить предателя". Однако он был только арестован, провел долгие годы в китайской тюрьме и после возвращения в Японию умер в конце 80-х, так и не сумев сказать ничего путного в свое оправдание.

С другой стороны, в США в 2001 году было рассекречено оперативное донесение АРО-757 американской резидентуры в Токио от 25 мая 1946 года о деятельности офицера безопасности германского посольства в Японии Йозефа Майзингера. После ареста Зорге ему поручили добиться немедленного освобождения "незаконно схваченного журналиста" и "верного члена нацистской партии". Однако японцы с материалами на руках с удовольствием рассказали гестаповцу о том, что давно запеленговали выходы в эфир Макса Клаузена - радиста Зорге. Через этого "советского пианиста" они якобы и вышли на всю сеть "Рамзай". Контрразведка утверждала, что сумела расшифровать часть шифровок Зорге, включая благодарность из Москвы за сообщение о дате германского нападения на СССР.

Однако многие эксперты в это не верят: есть данные, что сведения о шифровках радист Клаузен передал японцам только после своего ареста. Не исключено, что оперативники в Токио, мягко говоря, преувеличивали свои успехи, стремясь утереть нос гитлеровским союзникам. ГРУ российского Генштаба в 1995 году по случаю 100-летия со дня рождения Зорге уверяло, кстати, что его арест стал результатом рокового стечения случайных обстоятельств, а не каких-либо ошибок или особых достижений японского сыска. Впрочем, ясности в этом по-прежнему нет - как и в вопросе о том, не был ли двойником человек с позывными "Рамзай".

Откровения Шелленберга

Руководитель гитлеровской внешней разведки Вальтер Шелленберг (Олег Табаков из "Семнадцати мгновений весны") в своих воспоминаниях пишет, что проведенная в 1940 году проверка навела его подчиненных на тревожную мысль: Зорге может быть коммунистом и иметь связи в СССР. Однако, уверяет Шелленберг, было решено закрыть на это глаза и воспользоваться знаниями и колоссальными связями токийского корреспондента "Франкфуртер цайтунг". Есть свидетельства того, что руководитель сети "Рамзай" действительно передавал часть имеющейся у него информации о замыслах Токио руководителю японского бюро Германского информационного агентства, который напрямую пересылал ее в ведомство Шелленберга. Эти данные неоднократно проверялись в Берлине и были признаны абсолютно надежными. Восхищение Шелленберга вызвали, например, полученные от Зорге в мае 1941 года сведения о ходе тайных переговоров между Токио и Вашингтоном - в первую очередь о том, что Япония ни при каких обстоятельствах не пойдет на разрыв пакта о ненападении с Москвой и вступление в войну с СССР на стороне Гитлера.

Об этой стороне жизни Зорге известно особенно мало: скорее всего речь шла о том, что осведомленный в японских делах журналист просто "сбрасывал" часть имевшейся у него информации германским представителям в Токио, рассчитывая на встречную откровенность. Однако многое в таких контактах все же вызывает удивление: неясно, например, почему после разгрома группы "Рамзай" гитлеровский посол в Токио Ойген Отт не был отозван и наказан, хотя всем было известно, что Зорге пользовался его полным доверием и имел доступ к секретным документам. А ведь речь шла о разоблаченном сотруднике военной разведки СССР.

В любом случае не стоит упрекать авторов "Шпиона Зорге" в отсутствии собственных версий: они не хотят бросать тень ни на разведчиков, ни на сыщиков, их больше интересует сама полузабытая атмосфера 30--40-х годов. К тому же и при таком осторожном подходе фильм у многих в Японии вызвал, мягко говоря, неприятие. Самая крупнотиражная газета страны "Иомиури", например, обвинила создателей ленты в том, что они делают из советского шпиона борца за всеобщее счастье, а мрачный сталинский СССР вольно или невольно изображают бастионом противников войны. Однако, как это часто бывает, раздраженные выпады такого рода только идут на пользу: публика валит в кино вовсю, центр Токио украшен сейчас многометровыми афишами с портретом загадочного разведчика, чье лицо наполовину прикрыто тенью от щегольской шляпы. Что же касается 72-летнего режиссера Синоды, то этим фильмом он решил завершить свою карьеру и сейчас не устает повторять: "Я сделал что хотел, теперь можно и помирать".
 Василий ГОЛОВНИН, корр. ИТАР-ТАСС, - специально для "Известий", Токио





Рихард Зорге родился 4 октября 1898 в Баку. Семья Рихарда Зорге, сына немца, и русской матери, перебирается на постоянное место жительства в Германию и поселяется в пригороде Берлина.В годы I Мировой войны он служил в вооруженных силах Германии. После демобилизации Зорге поступил в Гамбургский Университет на факультет политологии. Где успешно защитил докторскую диссертацию. В 1919 году Рихард Зорге познакомился с немецкими коммунистами и вступил в Компартию Германии в том же году. Ему довелось воевать против Франции, а затем против России. На восточном фронте Рихард получает три ранения, последнее из которых в 1918 г. делает его хромым на всю жизнь - одна нога становится короче на 2,5 см. В госпитале молодой Зорге знакомится с трудами Маркса, и это определяет всю его дальнейшую судьбу - он становится убежденным сторонником коммунистического движения. В ходе активной партийной деятельности он оказался в СССР в 1924 году, где был завербован советской внешней разведкой. Примерно через пять лет по линии Коминтерна Зорге был направлен в Китай, где в его задачу входила организация оперативной разведывательной деятельности и создание сети осведомителей. В первой половине 1930-х гг. под псевдонимом Рамзай работал в Шанхае (Китай). За годы работы в Китае под видом немецкого журналиста и "истинного арийца", Зорге хорошо зарекомендовал себя в нацистских кругах и в 1933 году вступил в нацистскую партию. Кода Зорге стал видным партийным функционером, Коминтерн направил его в фашистскую Японию, где он работал помощником немецкого посла, генерала Югена Отто.
С вторжением японских войск в 1931 г. в Манчжурию коренным образом изменилось соотношение сил на азиатском континенте. Япония сделала серьезную заявку на статус азиатской супердержавы. Поэтому интересы советских разведчиков переключаются на Страну Восходящего солнца. Глава разведуправления Я.К. Берзин отзывает Зорге из Китая и в 1933 г. дает ему новое задание - установить, есть ли принципиальная возможность организации советской резидентуры в Японии. До этого ни одному советскому разведчику закрепиться здесь не удавалось. Сначала Зорге отказывается, так как считает, что с его европейской внешностью ему не удастся ускользнуть от взоров подозрительных японцев. Однако Берзин заявляет, что Зорге как никто другой подходит для выполнения этого рискованнейшего задания, что от него требуется только превратить свой недостаток в достоинство и ни в коем случае не скрывать, что он немец. К тому же профессия журналиста позволяет ему, не вызывая особого подозрения, проявлять интерес к тому, что для других закрыто. Кроме того, Зорге - доктор общественно-политических наук, и ни один из секретных сотрудников советской разведки не может сравниться с ним в доскональном знании экономических проблем. Теперь Зорге требуется вернуться в Германию и установить деловые отношения с редакциями тех газет, которые он намерен представлять в Токио. Вернувшись из Китая в Германию. наладил связи с военной разведкой и гестапо, вступил в НСДАП. Работал журналистом, а затем был направлен в Токио в качестве корреспондента нескольких газет. Стал ведущим немецким журналистом в Японии, часто публиковался в нацистской прессе. Накануне войны сумел занять пост пресс-атташе германского посольства в Токио. Всесторонне образованный, с прекрасными манерами и знанием многих иностранных языков, Зорге завел широкие связи с немецких кругах, в т.ч. был вхож в высшие круги нацистского посольства. Создал в Японии разветвленную разведывательную коммунистическую организацию. Очень скоро Зорге завоевал авторитет высококлассного журналиста-аналитика, недаром его статьи печатают самые солидные издания Германии, в частности крупнейшая "Франкфуртер цайтунг". Постепенно Зорге начинает создавать агентурную сеть. В его группу входит радист Бруно Вендт (псевдоним Бернгард), член КПГ, окончивший в Москве курсы радистов; гражданин Югославии, корреспондент французского журнала "Ви" Бранко Вукелич, завербованный советской разведкой в Париже, и художник-японец Иотоку Мияги, долгое время проживший в США, вступивший там в коммунистическую партию и вернувшийся в Японию по настоянию русских агентов. Позже Зорге подключает к работе японского журналиста Ходзуми Одзаки, ставшего одним из важнейших источников информации для Рамзая. Другим ценным источником является недавно назначенный в Токио германский военный атташе Эйген Отт, с которым Зорге удается завязать дружеские отношения. Чтобы завоевать доверие Отта, Зорге, прекрасно разбирающийся в сложившейся на Дальнем Востоке ситуации, снабжает его информацией о вооруженных силах и военной промышленности Японии. В результате докладные записки Отта приобретают несвойственную им ранее аналитическую глубину и производят хорошее впечатление на берлинское начальство. Зорге становится желанным гостем в доме Отта, который в прямом смысле стал "находкой для шпиона" из-за своей особенности обсуждать с друзьями дела служебного характера. Зорге же был благодарным слушателем и компетентным советчиком. В 1935 г. Зорге по вызову начальства кружным путем через Нью-Йорк добирается до Москвы и получает нового начальника Четвертого управления Урицкого очередное задание - выяснить способна ли Япония по своим материальным и людским ресурсам напасть на СССР. Тогда же было решено заменить радиста. Новым радистом Зорге стал Макс Клаузен, знакомый Рихарда еще по Шанхаю. Примечательно, что шифр, используемый Клаузеном, не удается расшифровать ни японским, ни западным дешифровщикам. В качестве ключа Зорге со свойственным ему остроумием решил применять статистические ежегодники рейха, позволяющие варьировать шифр до бесконечности. Кроме того, информация по конспиративным каналам передается в Центр на микропленках. Особо важные снимки, например военных объектов или образцов вооружения, с помощью специальной аппаратуры уменьшали до размеров точки, которую специальным составом приклеивали в конце строки письма самого обычного содержания. Операция "Просо" обходилась советской разведке всего в 40 тыс. долларов, сумму весьма незначительную для группы Зорге, состоящей из 25 человек, действующей в таком дорогом городе как Токио. Все они жили преимущественно на доходы от своей легальной деятельности. Это относится, прежде всего, к Клаузену и Мияги, гравюры которого пользовались постоянным спросом. Вукелич зарабатывал не только как фотограф, но и как токийский представитель французского телеграфного агентства Гавас. Это открывало перед ним двери многих закрытых учреждений. В феврале 1936 г. политическая ситуация в Японии резко обострилась в результате неудавшегося военного переворота, устроенного группой офицеров с целью смещения правительства адмирала Окады. Зорге, пытаясь по своим каналам выяснить подоплеку и последствия этого неудавшегося заговора, приходит к выводу, что факт вооруженного выступления Японии против СССР будет зависеть от того, какая из группировок придет к власти. Этот аналитический материал советский резидент направляет не только в Москву, но и Берлин стараниями Отта, уже привыкшего к помощи Зорге. Как и следовало ожидать, доклад Зорге получает в канцелярии рейха высокую оценку. В результате Эйген Отт назначается послом Японии. Ситуация в самом Токио день ото дня обостряется. Страну захлестывает очередная волна шпиономании. Правительство проводит "дни" и даже "недели" борьбы со шпионажем, со страниц газет, экранов кинотеатров и по радио звучат призывы усилить бдительность, а витрины магазинов украшают изображения вражеских агентов, которые, разумеется, не похожи на японцев. Людям Зорге приходится вести себя крайне осторожно. Не обходится и без курьеза, который, правда, мог привести к провалу всей агентуры. На этот раз сплоховал сам Зорге: после вечеринки в отеле "Империал" - излюбленном месте встречи всех иностранцев в Токио - Зорге, будучи в изрядном подпитии, садится в свой мотоцикл "цундап" и вихрем несется к себе на квартиру. На повороте ему не удается удержать руль, и он врезается в стену прямо возле будки полицейского у входа в американское посольство. В результате аварии у Зорге сильное сотрясение мозга и сломана челюсть. К счастью его быстро доставляют в госпиталь св. Луки. Превозмогая невыносимую боль, он повторяет: "Позовите Клаузена:" Одна мысль о том, что кто-то может заглянуть в его карман и обнаружить несколько исписанных по-английски листков, заставляет его удерживать остатки сознания. Только после прихода Клаузена, когда Зорге удалось прошептать ему на ухо несколько слов, он впадает в забытье и его отвозят в операционную. В середине июня 1938 г. происходит событие, едва не приведшее к провалу всей системы советской разведки. В тот день границу Маньчжурии переходит начальник управления НКВД по Дальнему Востоку комиссар госбезопасности 3-го ранга Генрих Люшков. По воле случая в это же время границу намеревается пересечь корреспондент "Ангрифа" - одной из наиболее известных нацистских газет - Ивар Лисснер. Японские пограничники просят его перевести показания Люшкова. В ходе допроса выясняется, что Люшков спасается от новой волны сталинских чисток, жертвами которой уже стали Березин и Урицкий. Из Токио за ним присылают самолет и помещают в одно из тщательно охраняемых зданий военного министерства. Он сообщает настолько ценные сведения, что новый германский военный атташе подполковник Шолл, которого японский генеральный штаб регулярно снабжает всей необходимой информацией, даже предлагает Канарису прислать в Токио одного из своих сотрудников. Разумеется, Зорге узнает об этом одним из первых, причем от самого Шолла, который доверяет Зорге так же, как и его предшественник. Для немцев и японцев показания Люшкова не имеют цены. Его сведения о частях дальневосточной армии отличаются точностью и компетентностью. В надежде заслужить доверие новых хозяев он рассказывает все, что знает. Еще никогда Японии и Германии не удавалось столь близко подойти к святая святых советской разведке. Через подполковника Шолла Зорге удается получить и переснять стостраничный меморандум, составленный на основе показаний генерала Люшкова. Курьер Зорге переправляет микропленки в Москву. Это позволило советскому командованию в счтанные дни заменить все кодовые таблицы, по которым осуществлялась шифрованная связь, и тем самым предотвратить возможность утечки секретной информации. В середине 1938 г. Зорге удается подобраться и к новому главе японского правительства принцу Коноэ. Его секретарем становится Одзаки Усиба, бывший одноклассник принца и : лучший агент Зорге. Полтора года, вплоть до ухода принца в отставку, Одзаки будет информировать Москву обо всем, что делается и задумывается японскими политиками и военными. Позже Одзаки займет пост начальника исследовательского отдела в правлении Южно-Маньчжурской железной дороги. От него будут поступать сведения не только о передвижении частей Квантунской армии, но и о готовящихся диверсиях и засылке агентов. В сентябре 1939 г. войска Гитлера вторгаются в Польшу. Все дипломатические службы рейха активизируют свою работу. Отт предлагает своему другу Зорге стать сотрудником посольства. Однако журналист в свойственной ему шутливой манере отказывается от столь лестного предложения и лишь выражает готовность и дальше в частном порядке исполнять обязанности секретаря посла Отта и снабжать сотрудников посольства всей получаемой информацией. Именно так говорится в подписанном им и Оттом договоре. Кроме этого, Зорге соглашается издавать ежедневный бюллетень, предназначенный для двухтысячной немецкой колонии в Токио. Новая обязанность хотя и обременительна, но дает доступ к самым свежим радиограммам из Берлина. В мае 1941 года Зорге узнает о планах нападения Германии на Советский Союз. Он сообщает в Москву даже точную дату вторжения: 22 июня. Как известно, для Сталина это было всего лишь сообщение очередного "паникера". Он не поверил Зорге. Получив ценную разведывательную информацию. Зорге один из первых сообщил в Москву данные о составе нацистских сил вторжения, дате нападения на СССР, общую схему военного плана вермахта. Однако эти данные были настолько детальны и, кроме того, не совпадали с уверенностью И.В. Сталина в том, что А. Гитлер не нападет на СССР, что им не придали значения, посчитав даже, что Зорге двойной агент. Между Москвой и Зорге начинают портиться отношения. Кремль не устраивает слишком самостоятельная манера поведения резидента, его независимый образ жизни и зачастую пренебрежение первейшими правилами конспирации. Так, он практически никогда не проверяет своих агентов, и вопреки настойчивым предупреждениям Центра, забывает уничтожать секретные материалы. Зорге даже не замечает, что Клаузен хранит у себя копии всех радиограмм и, кроме того, подробно описывает в своем дневнике деятельность их группы. Чрезмерное пристрастие Зорге к женщинам и многочисленные романы, в том числе с женой Отта, не могут не настораживать чекистское руководство в Москве. Позже в полицейских протоколах нашли многочисленные записи о выходках Зорге в нетрезвом состоянии. Напившись, он обычно садится на мотоцикл и с бешеной скоростью мчится куда глаза глядят. И самое удивительное, что он даже в компании высокопоставленных сотрудников германского посольства никогда не скрывал своих симпатий к Сталину и Советскому Союзу. Все это пока сходило с рук везучему Зорге. Пока не вмешался господин Случай. В октябре 1941 г. агентами японской разведки по подозрению в принадлежности к коммунистической партии был арестован один из подчиненных Одзаки. На допросах он среди прочих знакомых шефа назвал художника Мияги, обыск у которого позволил обнаружить целый ряд компрометирующих его материалов. Арест самого Ходзуми Одзаки не заставил себя ждать. Далее последовали аресты всей группы: сначала Клаузена и Вукелича, затем самого Зорге. Это произошло 17 октября 1941 г. Арест Рихарда Зорге вызывает переполох в германском посольстве. Отт, понимая, что дружба с человеком, оказавшимся агентом вражеской разведки, полностью компрометирует его, прилагает все усилия, чтобы замять эту историю. Он пытается убедить Берлин, что Зорге стал жертвой интриг японской полиции. Как ни странно, это ему почти удается, несмотря на обличающие Зорге показания членов его группы. И только когда в дело вмешивается резидент абвера на Дальнем Востоке Ивар Лисснер, следствие по делу Зорге получает однозначную оценку: Зорге - агент Москвы. Отту приходится уйти в отставку и поставить крест на дипломатической карьере. Суд над членами группы Рамзая состоялся в мае 1943 г. К тому времени Мияги уже не было в живых. Вукелича постигла та же участь через полтора года после суда, приговорившего его к пожизненному заключению. Клаузен, более посвятивший японцев в деятельность группы Рамзая и приговоренный к пожизненному заключению, будет освобожден американцами в 1945 г. Одзаки и Зорге казнили 7 ноября 1944 г. Последними его словами были "Да здравствует Красная Армия! Да здравствует Советский Союз!" В СССР о Зорге узнали только в 1964 г. после посмертного присвоения ему звания Героя Советского Союза. В честь его названы улицы, корабли и школы. В СССР и ГДР были выпущены марки с его изображением. Это явилось первым официальным признанием Кремля в том, что он прибегал к шпионажу. Что же касается роли Зорге в переброске Сталиным войск с дальнего Востока на оборону Москвы, о которой до сих пор спорят военные историки, то она отнюдь не была решающей. Анализ обстановки в мире позволил Сталину уже в июне 1941 г. сделать вывод о том, что война между США и Японией неизбежна, а военный потенциал японской армии не позволит ей вести войну на два фронта.
***
В этом же году демобилизовался, получив за участие в войне Железный крест 2-й степени, перешел в Кильский университет. Участвовал в восстании моряков в Киле в ноябре 1918. Окончил университет со степенью доктора политических наук. В 1919 вступил в КПГ, преподавал, был редактором коммунистической газет, работал в частном институте. За политическую деятельность подвергался репрессиям.

В 1924 приехал в СССР и принял советское гражданство, работал в советских учреждениях, написал ряд работ по международным отношениям. Член КПСС с 1925. В 1925 - 1929 занимался научной работой в Институте марксизма-ленинизма. В 1929 Зорге был завербован руководителем советской военной разведки Я.К. Берзиным и выполнял задания в Германии, Китае. В первой половине 1930-х гг. под псевдонимом Рамзай работал в Шанхае (Китай). За годы работы в Китае под видом немецкого журналиста и "истинного арийца", Зорге хорошо зарекомендовал себя в нацистских кругах и в 1933 году вступил в нацистскую партию. В 1933 прибыл в Японию в качестве сотрудника немецкой газеты. Неординарная во многих отношениях личность, тонкий аналитик, талантливый журналист, Зорге стал ценнейшим источником информации. Смысл работы Зорге заключался в предотвращении возможности войны между Японией и СССР, что им было блистательно исполнено. Осенью 1941 Зорге сообщил, что Япония не вступит в войну против СССР, а будет воевать на Тихом океане против США, это позволило СССР перебросить войска на запад. Так сибирские дивизии стали той ударной силой, которая помогла выиграть битву за Москву. После ареста в СССР руководителей Зорге Берзина и Урицкого, уничтожения жены 3.Е. Максимовой он отказывался приезжать в СССР "в отпуск" и, естественно, не пользовался доверием Сталина. 18 октября 1941 был арестован японскими властями. В 1943 Зорге приговорили к смерти. Попытки обменять Зорге на японского резидента СССР не предпринимались.








 
Rambler's Top100 Армения Точка Ру - каталог армянских ресурсов в RuNet Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. Russian Network USA