Предыдущая   На главную   Содержание   Следующая
 
 
На корабле были две сестры пожилого возраста с сильными ожогами на теле. Они жили где-то в поселке Монтина. Рассказали, что их избили, облили бензином и сбросили в яму, а потом подожгли и убежали грабить квартиру. Им обеим удалось выползти из ямы и частично, помогая друг другу, погасить огонь в лужах. Но в яме полностью сгорели их престарелая мать и инвалид-муж одной из них. Среди пассажиров корабля находилось много избитых людей, и все были ограблены.Случайно живой, но бездомной, изгнанной из разоренной и занятой погромщиками квартиры 65, дома 76 по Зыхскому шоссе, выбралась из кровавого города Алмаст Мартиросова, комплектовщика фабрики деталей обуви.Баиловские адреса армянских квартир были хорошо известны отделениям народного фронта и действовавшим с ними заодно, а вернее пользующимся их повседневным покровительством - погромщикам. 13 января сразу же после митинга у Дома правительства, вывели из дома по адресу - улица Леонова 15/21, квартира 22, супругов Кима и Жасмин Далакян. Погромщики жестоко отомстили русским друзьям Инне, Гарику, Сергею Шпак за то, что они помогли вовремя уехать семье Далакян, избили их, поломали машину.Этот субботний день начался как обычно у 60-летнего санитара 3-й больницы, жителя улицы Бухтинская, 50, квартира 10, Петра Ахиянца. Ему угрожали во дворе, грозили убить. Но когда он переступал порог своего дома, то оставлял за дверью все неурядицы, проблемы. Потому что дома находилась жена - Варя Карамян, инвалид, прикованная к постели. Все его помыслы были связаны с ней, с тем, как предупредить ее любое желание. В воскресенье, 14 января с утра он искупал жену, потом накормил ее. Приготовил обед, посидел рядом с ней, еще раз накормил. В 7 часов вечера начали ломать их дверь. 30 человек ворвались в квартиру и стали искать драгоценности, золото. Сорвали с его жены кольцо, серьги, перевернули под ней матрас, скинули ее с кровати и столько били, что она скончалась. Потом вытащили из кармана Петра Аршаковича 535 рублей, били его палками, прутьями, издевались над ним, смеясь, обещали сами "похоронить" его любимую супругу. Отвезли его в милицию района имени 26 бакинских комиссаров, оттуда на паром.Тем же маршрутом и в тот же день оказалась на этом транспортном средстве пенсионерка 76-летняя Люсик Айрапетян с улицы Красина, 25, квартиры 29. С утра 14 января погромщики проникли к ней в квартиру. За неделю до этого по несколько раз в день ей звонил крикливый женский голос с требованием немедленно убираться из города.Совершенно определенно высказывается о хорошей предварительной подготовке и организации погромов, точно выверенном списке армянских квартир Георгий Гишиянц, педагог физкультуры школы ? 163, живший по улице Ханлара, 26, квартира 37. Его семью спасла соседка-татарка, спрятав их у себя. Вовремя она пришла за ними, потому что погром начался тут же. Сосед отвез их во флотилию.Погромщики ворвались в квартиру 17, дома 2 по 1-му переулку нефтяников, где жила Софья Андрян с матерью и двумя детьми, один из которых инвалид 1 группы, 15 января, в 8 часов вечера. Они разгромили квартиру, перерезали телефонную связь. Оставили ночью трех своих представителей. Один показал документ, что он работник райкома комсомола. Не разглядела Софья Ашотовна, у которой плохое зрение, какого именно района. Другой сказал, что работает на судоремонтном заводе имени ХХI съезда КПСС. Утром ее с семьей, избитую, доставили в РОВД имени 26 бакинских комиссаров, оттуда на паром. Также били, издевались, а потом изгнали из дома 10, по Большому Баиловскому переулку Сергея Харатяна с женой.В другой части города, (она изначально, еще в прошлом веке, строилась, как мусульманская, на бывшей его западной окраине, от которой в 60-е годы нашего столетия взяли начало целые жилые массивы, микрорайоны и поселок Мусабекова), погромы носили более локальный, "осторожный" характер. Ведь ненароком можно было причинить вред и своему народу. С другой стороны, такая немассовость, некомпактность проживания армян в Октябрьском районе предопределили индивидуальный, особо жесткий подход к каждому из них. На старой улице Мирза Фатали Ахундова, ранее именуемой Нижняя Таза-пирская, в непосредственной близости от мечети в квартире 36, дома 3 тихо доживал свой век 83-летний Арам Какалов. В прошлом инженер-строитель, он уже 11 лет был на пенсии. Похоронив три года назад жену, жил один. И внешний мир давно для него ограничился пространством двухкомнатной квартиры с выходом из нее с помощью книг или телевизора. 15 января народный фронт дал ему двухдневный срок, чтобы покинуть город. Но и эти дни им показались слишком щедрым даром старику. 16 января с утра человек 10 бесцеремонно вытолкали его за дверь на улицу, предварительно забрали 250 рублей - все, что он сумел за год отложить из пенсии. Дорога Арама Григорьевича шла к сборному пункту армян в районном отделении народного фронта по улице Низами, 15. Молодым людям из азербайджанского "демократического" движения доставляло особое удовольствие издеваться над стариком. Они заставляли его маршировать на месте, приседать и подниматься, стоять по стойке "смирно". Рядом с ним то же самое проделывал 85-летний старик. Его соседа Александра Тер-Багдасаряна избивали еще сильнее, может, оттого, что был помоложе, приставили к горлу нож, а потом увели в неизвестном направлении. Остальных армян посадили в автобус, который потом медленно колесил по городу, видимо, специально для создания особых удобств толпе, которая буквально поджидала его на каждом перекрестке этих узких улочек. В автобус летели камни, в разбитые стекла просовывались железные прутья, палки хулиганов. На морском вокзале при посадке на паром их держали 6 часов под открытым небом. Избитый старик не имел 25 рублей, которые на пароме открывали доступ к койке в каюте, и потому он лег прямо на палубу. Стоять после целого дня издевательств, побоев, муштры Арам Григорьевич просто уже не мог.К счастью, Зинаиды Николевны Газарянц, русской женщины, ее муж не дожил до этих дней. Его торжественно, при большом количестве людей, проводили в последний путь 45 лет назад. Она любила мужа, чтила его память, не собиралась менять фамилию, думала, что республика будет способна защитить вдову уважаемого человека, депутата Верховного Совета многих созывов, кавалера одного из первых Орденов Трудового Красного Знамени, персонального пенсионера МВД Азербайджанской ССР. За свою наивную веру она поплатилась жестко и вполне в соответствии с платформой и позицией народного фронта. 15 января, в 2 часа дня она вышла в магазин, вернувшись через полтора часа, увидела свою квартиру 1, в доме 99 по улице Мустафа Субхи (ранее Верхней Таза-пирской, тоже неподалеку от мечети) полностью разграбленной.Любопытная деталь: по данным анкетной комиссии при Бакинском армянском национальном совете во время резни 1918 года на улице Островского (ранее Почтовой) жила одна армянская семья из одного человека, который убежал из города до начала событий. Мы располагаем двумя адресами (наши данные ни с какой стороны не могут претендовать на хотя бы относительную полноту) на этой улице. Первый - квартира 13, дом 25. Здесь жили Амалия Налбандян и ее 78-летняя мать Ева Аванесовна. Еще 1 декабря 1988 года Амалию Левоновну уволили из швейного объединения "Детская одежда", где она работала швеей. Ей лично угрожал мастер цеха Адалят Керимов, другие швеи предъявили ультиматум: "или мы, или эта армянка, с ней работать не будем". Так на глазах рассыпался дутый бакинский "интернационализм", придуманные конъюнктурщиками от политики и истории вечно живые интернациональные традиции, солидарность рабочего класса. Амалия, как ее далекий предшественник в 1918 году, бежала из города, в котором родилась, в поисках работы и будущего жилья. Мать оставила в квартире, которую полностью разграбили. Не о квартире, а о пропавшей матери думала Амалия Левоновна, когда писала заявление в прокуратуру Армении. Очень хотелось бы, чтобы она ее нашла. Мы не располагаем последними данными.Другой адрес - квартира 7, дом 53. Там жил 42-х-летний водитель 2-го таксомоторного парка Левон Арутюнов. Он был мужчиной того возраста, который вызывал особую агрессивность бандитов. К нему ворвались 14 января. Грабили, крушили ненужное, били, по пути к "Шафагу" издевались.О дальнейшем рассказывает Левон Рубенович:- В фойе кинотеатра меня завели в туалет. Там избивали ногами, палками 11 человек, из них двое - милиционеров. Один милиционер (по-моему, в звании сержанта) повалил меня на пол и начал топтать сапогами. Другой - лейтенант, подошел и ударил меня ногой в живот, бок. Член народного фронта увидел на моей руке золотой перстень и кольцо. Перстень снял, кольцо не выходило. Это их разозлило, и меня ударили в глаз, переносицу, схватили руку и дернули так, что, к счастью, кольцо снялось. Иначе бы, видимо, отрезали палец. Потом сняли часы, из карманов вынули деньги. В заключение операции - одиннадцать на одного, подвели меня к крану, заставили умыться и сказали:- Скажешь кому-нибудь хоть слово, убьем. Останешься в кино на всю жизнь.Прежде чем отправить на паром медсестру Республиканской хозрасчетной поликлиники Симу Монтиян, ее заставили в Октябрьском РОВД написать заявление о выписке из квартиры 12, по улице Верхне-Нагорной, дом 241 "а". 9 января она с трудом похоронила мужа Владимира, и тут же начались бесконечные звонки с угрозами. 17 января пришли милиционер с двумя членами народного фронта, которые под предлогом спасения ее жизни вывели женщину из квартиры, не разрешили с собой взять ничего.С этих старых улиц мы попадаем на новые магистрали, в новые массивы, более или менее отдаленные от центра. Почти все они входили в Октябрьский район. Некоторая часть из них и почти все микрорайоны составляют северную окраину Насиминского и Наримановского районов. Относительное спокойствие царило на проспектах Нариманова и Строителей.19 января, еще до ввода войск, когда все официальные информационные агентства заявили о прекращении погромов, именно в этот день полностью ограбили выехавшего в декабре (к счастью!), случайно оставшегося жить Александра Тумасова. Его бывший адрес: проспект Строителей, 547 квартал, дом 3, квартира 49.В 535 квартале, на улице А.Алекперова, параллельно проспекту Нариманова, в блоке 2, квартире 13, жил водитель такси Рачик Бадалов. Ему досталось многажды. Вначале 15 января его избили в собственной квартире и выгнали оттуда. Он спрятался у друга, думал, спасет национальность его русской матери. Но ошибся. В эту квартиру на проспекте Строителей, 31, пришли два представителя народного фронта за армянским сыном русской женщины. Не застав его дома, забрали Рачика и отвезли в начале на собственных "Жигулях" белого цвета в Октябрьское отделение НФАз. (Низами, 15), затем - на красных - в Кировское. Здесь его, несильно избив, ограбили: взяли туфли, куртку и 450 рублей. Продержали около двух суток, без воды и пищи Каждый день приводили новых заложников и били. Били по-садистски - ногами в пах, лицо, почки и другие жизненно важные точки. Спать не давали. Кстати, здесь появился след того Александра Тер-Багдасаряна, бывшего соседа Арама Каспарова, которого при нем особенно жестоко били, а потом увезли в неизвестном направлении. Видимо, это направление вело в Кировское отделение НФАз., где были условия (в отличие от Низами, 15) держать заложников. Рассказывает Рачик Александрович:- Я хорошо запомнил лица и имена наших мучителей: Самед, Сулейман. Их все время подбадривали друзья и кричали: "бей, бей!" Шофера "Паз"ика НФАз, звали Илхам. Среди нас были старики и женщины. Когда мы потеряли надежду когда-либо оттуда выйти живыми, то нам объявили об освобождении с условием отмены комендантского часа. Перед отправкой они особенно зверствовали. Били цепями, палками. Затем без документов, денег и одежды посадили в автобус и отвезли на паром.В 9 и 80 лет - дважды пришлось на себе испытать геноцид Македону Силикову. Первый раз это было в Варташене, в 1918 году. Из рода Силиковых тогда погибло около 50 человек. Отец был в ссылке, а мать троих детей от гибели спасли азербайджанцы, которые потом их переправили в Грузию. Брат отца Македона Иосифовича - Мовсес Павлович Силиков, генерал-лейтенант, один из руководителей Сардарапатской битвы. О нем писал в своих воспоминаниях маршал И.Х.Баграмян. Пути господни неисповедимы, и они предопределили переезд из Грузии на "родину", в Азербайджан семьи Силиковых. Давно это было. Здесь работал, поехал воевать, вернулся назад. Жил с женой, дочерью Светланой, которая работала в вычислительном центре при университете, с внучками - Эммой и Мариной. Начальник ЖЭУ-32 всячески препятствовал обмену их трехкомнатной квартиры 40, по улице Шарифзаде 140, не давал необходимых справок. Будто чувствовал, что квартиру можно получить и даром, с определенной выгодой для себя. 15 января, в 7 часов вечера к Силиковым зашел участковый милиционер и предупредил о скором приходе представителей народного фронта с целью их выселения. Македон Иосифович взял сложенные в одном месте партбилет, удостоверение участника войны, 12 сертификатов по 1000 рублей и 230 рублей наличными. Не прошло и десяти минут, как не вошли, а ворвались в комнату 30-40 бандитов и, не разрешив ничего взять, буквально вытолкали семью из дома. На Низами, 15, всех обыскали. Партбилет отняли и порвали со словами: "нам партия не нужна", удостоверение участника войны взяли, сказав: "это нам пригодится". Тем более полезными народному фронту показались сертификаты на 12 тысяч, обручальное кольцо жены и наличные деньги. Ограбив, семью посадили в крытый автобус и отправили на паром.В ЖЭУ-32, начальник которого всячески препятствовал обмену Силиковых, ранее паспортисткой работала Севиль Аванесян. Ее уволили с работы, потом с помощью военного коменданта Октябрьского района восстановили, затем после отмены военного положения, в ноябре 1989 года перевели дворником, а вскоре и оттуда выгнали. "Интернационалистам" не нужны были даже дворники-армяне. Севиль Арташесовна с тремя детьми, которых растила одна после смерти мужа 10 лет назад, пряталась у знакомых. Потом узнала, что погромщики на глазах у всех четыре дня ломали железную дверь ее квартиры 107, по улице ХI Красной Армии, 73, а затем и железные решетки на окнах.Светлана Маранян работала воспитательницей детсада ? 99 Октябрьского района, а ее дочь Жанна Мирзоян - педагогом школы ? 150. Жили они в квартире 17, по Киевскому проспекту, 1. К ним ворвались человек 25-30 15 января. О событиях в этот день рассказывает мать - Светлана Агаджановна: - Впереди толпы был рабочий ЖЭУ-32 Яшар. Он, по-моему, по совместительству также работает в какой-то строительной организации. Мы с дочерью его хорошо знали, потому что он не раз останавливал нас на улице. Угрожал, преследовал, требовал отъезда. За ним следовал Этибар, который живет в поселке Мусабекова. Он тут же схватил японский магнитофон и видео. Яшар начал бить нас с дочерью и кричал: "заберите свои паспорта и убирайтесь!" Затем отнял ключи от квартиры. Нас повезли в районное отделение народного фронта, расположенное на пересечении улиц Мухтадира и Низами, по иронии судьбы около прокуратуры и МВД республики. (Опять Низами 15!).Помогали во всех действиях народнофронтовцам работники милиции, их в помещении было много. Нас с дочерью разделили. Ее заставили убирать комнаты, туалеты. В середине дня в отделение пришли двое ребят, светлых, похожих на русских, среднего роста, бородатых, с видеокамерой. Один показал мне документ на имя С.Ю.Джафарова, сказал, что представитель американской видеокампании. Из народного фронта их встречал Закир Байрамов. Начались съемки. Посадили перед камерой всех армян, состоялся примерно такой диалог между народным фронтом и нами, игра в вопросы-ответы: "Хотим ли мы уезжать из Баку?", "Разве плохой азербайджанский народ?" и т.д. Нас продержали до 8 часов вечера, к этому часу в отделении собралось 21 человек. Всех нас, за исключением двух молодых армян, посадили в крытый автобус, в котором возят мебель, и привезли к парому.Врачом объединенной городской больницы ? 12 работала до увольнения 1 декабря Эмма Дадаян. В квартире 45, по улице М.Д.Гусейнова, 43, жила вместе с матерью 85-летней Люсей Мадатовной и дочерью Нонной Осиповой. К ним ворвались в 12 часов дня 16 января. Телефон уже не работал. Из погромщиков Эмма Тиграновна узнала того, кто к ним домой приходил вместе с начальником ЖЭУ-22 Мурадовым, якобы для того, чтобы зафиксировать пустующие квартир. На самом деле шла, видимо, паспортизация будущего освобожденного фонда, подлежащего выгодной распродаже. И, естественно, начальник ЖЭУ не мог не знать хорошо того бородача, с кем ходил по армянским квартирам и кто потом, спустя недели, остервенело бил парализованную, прикованную к постели старушку по лицу, спине, ногам, рукам. Бандитам помогали заинтересованно, всем, чем могли.- Меня также били по лицу, животу, - рассказывает Нонна Осипова, инженер проектного института "Южгипросельхозводоснабжение", - бросили на пол, мама стала кричать, ее ударили. Мне закрыли рот рукой, хотели заткнуть тряпкой, но не оказалось под рукой. Во дворе стояли соседи и видели, как нас тащили. Никто не заступился - все были парализованы страхом. Когда нас отвезли в Октябрьский РОВД, там лицемерно удивились, увидев нас избитыми, без верхней одежды и обуви, по поводу того, что представители народного фронта так позорно вели себя.В соседнем доме 45, квартиру 30 занимала весовщица карамельной фабрики Эмма Гамзаян. Туда ворвались 16 января в 12 часов ночи и потащили ее с мужем босиком, без пальто, по лестнице в тот же подвал у метро "Низами", где разместился народный фронт. Избили, украли драгоценности, часы, документы и через 8 часов отправили на паром.Старшим диспетчером БЭМЗа имени 50-летия комсомола работала Валентина Володченко. Ее квартиру ограбили 16 января. Поначалу, когда она называла фамилию при звонке в Октябрьский РОВД, ее спрашивали, кто она по национальности. Узнав, что армянка, муж - русский, отвечали, что не могут ничем помочь, потому что все армянские квартиры в городе громят. По улице Авакяна, теперь - "Метбуат проспекти" 13 января разгромили квартиру 19, дома 57, где жила главный специалист Бакинского филиала Ленинградского института "Центросоюзпроект" Рая Айрапетовна Рудый. Мишенью для народного фронта были в равной степени армяне с русской фамилией и русские с армянской фамилией. Особенно те, кто не успел вовремя отказаться от нее.В дом 60, квартиру 28, к сантехнику Андронику Карапетову стали врываться 16 января, в 3 часа дня, угрожая расправой после того как сломают дверь. Андроник Айрапетович позвонил в ЖЭУ, где женщина по имени Тамара сказала: "уходите чего ждете?", затем в Октябрьский РОВД, где дежурный грубо отметил: "никого нет" и бросил трубку. Номер телефона участкового также не отвечал. За это время дверь сломали и ворвались в квартиру. Грозно предупредили, чтобы Карапетяны забыли этот адрес, по которому теперь будут жить азербайджанцы. С его жены - Анжеллы Михайловны женщины из народного фронта сорвали драгоценности, отобрали деньги. И таким образом, под вой и улюлюканье собравшейся у подъезда толпы Карапетяны попали в районное отделение милиции, оттуда и на паромную переправу, где под охраной военных всю ночь ждали парома. Еще в августе Анжеллу Михайловну избили на опытном заводе космического приборостроения работницы гальванического цеха Басти и центральной заводской лаборатории - Санубар. Не нашла она защиты после инцидента у руководства. Главный инженер Фикрет Амирбеков развел руками и покачал головой, сказал неопределенное: "да, плохи дела". А заместитель директора по режиму Керим Гусейнов без обиняков приказал: "Пиши заявление, я больше не могу терпеть здесь армян" .
 
Rambler's Top100 Армения Точка Ру - каталог армянских ресурсов в RuNet Russian America Top. Рейтинг ресурсов Русской Америки. Russian Network USA